10. Вокругъ Океана.
Да, мы явили вѣнецъ Владыки, который искали когда-то въ Океанѣ, гдѣ онъ былъ близь домовъ нашихъ, тамъ, гдѣ ложится Солнце. Мы ловили жемчугъ когда-то, мы опускали когда-то въ глубину тростниковую корзину, и человѣкъ, погружаясь, наполнялъ ее. Онъ поднимался, чтобы вздохнуть, и быстро другой заступалъ его, спѣшилъ любой, когда-то, и нырялъ въ водную пропасть, мы брали необходимое, принимали излишекъ, когда-то.
Чу, потомъ, Ураганъ, взорвался, Океанъ взметнулся, горькій, билъ волной, билъ волну, волны били, разбили укрѣпленныя стѣны святилища, очаги, жилища, челноки, все разбилось, что было привязано. Что приканачено было кругомъ, упало гурьбой.
Вотъ, все было разрушено, опрокинуто, и блуждающее племя стало искать свой путь въ низинѣ, вкругъ Моря пошло, направляясь толпой, вкругъ Моря, вдаль.
Идя, мы искали путей охотниковъ, пастуховъ, землекоповъ нечистыхъ, людей, стерегущихъ овецъ, и блюдущихъ стада, загрязненныхъ, бродячихъ, что отъ мѣста въ мѣсту идутъ, всегда, все дальше. Не говорило тогда языкомъ Майевъ содружество, огонь, что сверкалъ во мракѣ, огонь, что таился подъ пепломъ, когда-то.
Предложилъ кочевникъ быть указующимъ дорогу, помочь намъ; однако, нестройнымъ былъ путь, и не направляло его ни Новолунье, ни убываніе дня, ни Солнце, когда-то.
И пока мы шли, прежде чѣмъ быть здѣсь, по землямъ заросшимъ, вязкимъ, болотистымъ, тихонько прокралась Зараза -- и вотъ. Явилась, была настоящей, усилилась. Быть можетъ да, быть можетъ нѣтъ, было бъ лучше сѣсть въ лодки, и двигаться по Морю, еще двигаться по Морю, чѣмъ такъ собраться толпой? Но шелъ впередъ кочевникъ, и стада его шли передъ нимъ. А горькая глина гнала дальше Заразу.
О, если бъ жилъ онъ тогда, Хунабъ-Ку, нашъ единый богъ! О, быть можетъ, сразилъ бы Заразу онъ, какъ когда-то онъ же сразилъ черствость сердецъ нашихъ? Онъ, который любилъ насъ, нѣжилъ, вдохновилъ, возвеличилъ. Насъ, что были тогда какъ земля истощенная, полная жажды, у которой палящее лѣтнее небо, голубое безъ бѣлаго каждый мигъ, похищаетъ всѣ соки. Небесная дымка, священное облако снизошло, снизойдетъ всегда при имени святомъ Росы Небесной. Слезы глазъ нашихъ, струитесь.
О, ты, чей ликъ предстанетъ здѣсь позднѣе! Если твой умъ разумѣетъ, ты спросишь, кто мы.
Кто мы? А! Зарю спроси, спроси лѣсъ, волну спроси, спроси бурю, Океанъ спроси, спроси Любовь, спроси Землю, Землю скорбную, Землю родную. Кто мы? А! Мы -- Земля.