Якобинцы устроили было здесь свои собрания, но затем почему-то сожгли замок, и остались от "Грачиного гнезда" одни почерневшие стены да обгорелые стволы деревьев; даже сами грачи улетели.
Но от корней деревьев пошли новые побеги, на выжженных местах трава зазеленела ещё ярче, и в несколько лет заглохший сад разросся ещё гуще прежнего и скрыл в своей чаще обуглившиеся старые развалины, и грачи снова летают и кружатся над старым домом и наперерыв оглашают воздух своим криком, словно спеша перекричать друг друга. Но от кипариса не осталось уже ни следа. Неизвестно также, где схоронили и поэта. Но не умерла вместе с ним его песня, -- из поколения в поколение поют её жители окрестных деревень, и все знают, что эта песня молодого поэта, -- последнего владетеля "Грачиного гнезда". Это он заронил когда-то зерно, которое взошло потом на благодатной народной ниве.