-- Вы, дорогое дитя мое, сегодня дольше оставались въ Тушъ, чѣмъ вчера,-- взволнованнымъ голосомъ замѣтила она.
-- Да, матушка,-- отвѣтилъ онъ, не вдаваясь въ поясненія.
Сухость отвѣта отуманила чело баронессы, которая рѣшила отложить объясненіе до завтра. Обыкновенно матери, безпокоясь за своихъ сыновей, какъ баронесса въ данное время, начинаютъ точно бояться ихъ; онѣ инстинктивно чувствуютъ, какъ они эмансипируются подъ вліяніемъ чувства любви и понимаютъ, что сыновья отнимаютъ отъ матерей часть своего сердца; но вмѣстѣ съ тѣмъ онѣ счастливы счастьемъ сыновей и въ сердцѣ ихъ вѣчно сталкиваются самыя разнородныя чувства. Матери рѣдко охотно отрекаются отъ своихъ обязанностей: имъ пріятнѣе видѣть сына маленькимъ, нуждающимся въ защитѣ, нежели большимъ и вполнѣ сложившимся мужчиной. Можетъ быть, въ этомъ и есть разгадка, почему матери особенно любятъ слабыхъ, несчастныхъ дѣтей, съ какимъ-нибудь физическимъ недостаткомъ.
-- Ты усталъ, дорогое дитя мое, ложись,-- сказала она, съ трудомъ удерживая слезы.
Если мать, любящая своего сына, какъ Фанни, и также любимая имъ, не знаетъ чего-нибудь изъ того, что онъ дѣлаетъ, то для нея кажется, что все погибло. Да, пожалуй, и не такая мать, какъ г-жа дю-Геникъ, испугалась бы. Труды, положенные на сына въ теченіе двадцати лѣтъ, могли оказаться совершенно безъ результата. Все, что было благороднаго, религіознаго и благоразумнаго въКалистѣ, все подвергалось сильной опасности и женщина могла разрушить все счастье его жизни.
На другой день Калистъ проспалъ до полудня, потому что мать запретила его будить; Маріотта снесла балованному дѣтищу завтракъ въ постель. Передъ его капризами ничего не значили разъ на всегда установленные часы для ѣды.
И когда у мадемуазель дю-Геникъ надо было вытащить ключи, чтобы достать что-нибудь не въ урочные часы, то, чтобы избѣгнуть долгихъ переговоровъ, всегда выставляли предлогомъ желаніе молодого шевалье. Около часу дня, баронъ, его женаи мадемуазель дю-Геникъ собрались въ залѣ: обѣдъ всегда подавался въ три часа. Баронесса взяла "Ежедневникъ" и стала читать вслухъ мужу, который почти всегда бодрствовалъ въ это время. Кончая чтеніе, г-жа дю-Геникъ услышала шаги своего сына надъ ними и уронила на полъ газету со словами:
-- Калистъ одѣвается, онъ навѣрное идетъ обѣдать въ Тушъ.
-- Пускай себѣ веселится, наше милое дитя,-- сказала старушка и свистнула въ свой серебряный свистокъ.
Маріотта прошла черезъ башенку и показалась въ дверяхъ ея, скрытыхъ за портьерой, изъ такой же шелковой матеріи, какъ и гардины.