-- Онъ пробудилъ во мнѣ что-то новое, я стыжусь самой себя,-- говорила Беатриса.-- Теперь мнѣ хочется быть добродѣтельной, хочется дать ему что-нибудь больше обломковъ моего сердца и этихъ позорныхъ цѣпей. Я не хочу неполнаго счастья ни для него, ни для себя.
-- Ты ледъ. Любить и разсуждать!-- почти съ ужасомъ воскликнула Камиль.
-- Я не хочу губить его жизни, висѣть камнемъ на его шеѣ, вызвать въ немъ вѣчныя сожалѣнія. Если я не могу сдѣлаться его женой, я не буду его любовницей. Вы посмѣетесь, конечно, надо мной, но любовь его облагораживаетъ меня.
Камиль посмотрѣла на Беатрису взглядомъ, полнымъ ненависти, какимъ только можетъ смотрѣть ревнивая женщина на свою соперницу.
-- Здѣсь, въ этомъ мѣстечкѣ, по крайней мѣрѣ, я думала, что буду одна. Разстанемся, теперь мы больше не друзья, Беатриса. Ужасная борьба начнется между нами; прибавлю одно: или ты сдашься, или исчезнешь навсегда. Съ лицомъ разъяренной львицы Фелиситэ бросилась въ свою комнату. Черезъ нѣсколько времени Камиль спросила, приподнимая портьеру:
-- Завтра вы пойдете въ Круазигъ?..
-- Непремѣнно,-- гордо отвѣтила маркиза.-- Я не убѣгу и не сдамся.
-- Я играю съ открытыми картами; я напишу Конти,-- говорила Камиль.
Беатриса поблѣднѣла, какъ ея бѣлый газовый шарфъ.
-- Каждая изъ насъ ставитъ на карту свою жизнь,-- проговорила она,-- не зная, какое рѣшеніе принять.