-- Попробуй затѣять съ ней ссору изъ-за ея холодности: женщины вспыльчивы въ разговорѣ, пусть она обидитъ тебя, а ты не приходи въ Тушъ, пока она не позоветъ тебя,-- сказала Камиль.
Сильная болѣзнь заставляетъ больного принимать противное лекарство и рѣшаться на самыя опасныя операціи. Въ такомъ состояніи былъ теперь Калистъ. Онъ выслушалъ совѣтъ Камиль и пробылъ два дня дома, но на третій уже стучался въ дверь комнаты маркизы, говоря, что Камиль и онъ ждутъ ее завтракать.
"Опять промахъ", думала Фелиситэ, видя несдержанность Калиста.
Во время этихъ двухъ дней Беатриса часто подходила къ окну, откуда виднѣлась дорога въ Геранду. Когда же Камиль заставала ее, Беатриса дѣлала видъ, что любуется эффектными золотистыми цвѣтами, ярко освѣщенными сентябрьскимъ солнцемъ. Камиль открыла секретъ маркизы, и однимъ словомъ могла бы осчастливить Калиста, но она молчала. Слишкомъ еще она была женщина, чтобы толкнуть его на поступокъ, котораго такъ боятся юныя сердца, какъ бы предчувствуя, что этимъ они могутъ погубить свой идеалъ.
Беатриса не выходила долго. Другому это было бы понятно, потому что въ туалетѣ маркизы проглядывало желаніе обворожить Калиста, сдѣлать его отсутствіе невозможнымъ. Послѣ завтрака Беатриса ушла въ садъ, выражая желаніе побывать на скалѣ, гдѣ чуть не погибла. Влюбленный юноша былъ внѣ себя отъ радости.
-- Пойдемте туда одни,-- просилъ онъ умоляющимъ голосомъ.
-- Если я не соглашусь, вы, пожалуй, подумаете, что я боюсь васъ,-- сказала Беатриса,-- я говорила вамъ тысячу разъ и повторяю, что принадлежу другому и останусь вѣрна, хотя, отдаваясь ему, я не имѣла понятія о любви. Двойная ошибка вызываетъ двойное наказаніе.
Когда она говорила такъ съ чуть замѣтными слезами на глазахъ, къ чему такъ часто прибѣгаютъ подобныя женщины, Калистъ чувствовалъ къ ней состраданіе, и раздраженіе его смягчалось. Въ эти минуты онъ боготворилъ ее, какъ Мадонну. Отъ различныхъ характеровъ также нельзя требовать одинаковаго выраженія чувствъ, какъ нельзя требовать одинаковые плоды съ разныхъ деревьевъ.
Въ эту минуту въ Беатрисѣ происходила сильная борьба: она выбирала между собой и Калистомъ, между свѣтомъ, въ который надѣялась еще вернуться, и полнымъ счастьемъ; между надеждой на общественное прощеніе за свою первую вину и между второй страстью, которая должна была погубить ее навсегда.
Она слушала безъ всякаго раздраженія, хотя бы напускного, слова слѣпой любви; она отдавалась нѣжнымъ рукамъ состраданія. Уже не разъ она была растрогана до слезъ обѣщаніями Калиста вознаградить ее своей любовью за все, что теряла она въ свѣтѣ. Онъ упрекалъ ее за привязанность къ такому фальшивому человѣку, какъ Конти. Беатриса давала ему высказаться. Сама она разсказывала ему о горѣ и страданіяхъ своихъ въ Италіи, когда она узнала, что не одна царитъ въ сердцѣ Конти. Уроки Камиль не пропали даромъ. Калистъ умѣлъ воспользоваться ими.