-- Ну, и что же дальше?-- спрашивалъ Калистъ, слѣдя за Конти и Беатрисой, и не слушая больше.
Камиль изъ осторожности приняла оборонительное положеніе, она не выдала секрета Беатрисы и Калиста. Конти могъ обойти всѣхъ. Она совѣтовала Калисту остерегаться его.
-- Для тебя насѣдаетъ теперь критическое время,-- говорила Камиль,-- вооружись ловкостью и осторожностью, если не хочешь быть игрушкой въ рукахъ этого человѣка. Теперь я ничѣмъ не могу уже помочь тебѣ.
Колоколъ зазвонилъ къ обѣду. Конти предложилъ руку Камиль. Беатриса пошла съ Калистомъ. Камиль пропустила впередъ маркизу и, приложивъ палецъ къ губамъ, дѣлала знаки Калисту, совѣтуя быть сдержаннымъ. Конти былъ особенно веселъ за обѣдомъ. Можетъ быть, это была просто уловка для того, чтобы наблюдать за маркизой, которая плохо выдерживала свою роль. Если бы она кокетничала, она могла бы обмануть Конти, но она любила, и онъ отгадалъ это. Хитрый музыкантъ, казалось, не видѣлъ ея замѣшательства. За дессертомъ онъ завелъ разговоръ о женщинахъ, восхваляя благородство ихъ чувствъ.
-- Женщины,-- говорилъ онъ,-- часто готовы бросить насъ въ счастіи, но жертвуютъ всѣмъ для насъ, если мы несчастны. Въ постоянствѣ женщины стоятъ неизмѣримо выше мужчины; надо сильно оскорбить ее, чтобы оторвать отъ перваго любовника, она дорожитъ имъ, какъ счастьемъ; вторую любовь женщины уже считаютъ постыдной и т. д. и т. д.
Конти казался въ высшей степени благороднымъ. Онъ курилъ ѳиміамъ передъ жертвенникомъ, гдѣ обливалось кровью сердце, пронженное тысячью стрѣлъ. Только Камиль и Беатриса понимали всю жестокость его похвалъ, прикрывавшихъ самыя злыя эпиграммы. Минутами обѣ вспыхивали, но сдерживались по мѣрѣ возможности. Послѣ обѣда Беатриса и Камиль поднялись подъ руку наверхъ и, какъ бы по взаимному соглашенію, прошли по темной залѣ, гдѣ нѣсколько минутъ могли остаться однѣ.
-- Я не могу позволить Конти такъ обращаться со мной,-- говорила тихо Беатриса.-- Каторжникъ всегда вѣдь въ зависимости отъ своего товарища по цѣпи. Опять должна я нести иго любви, возврата мнѣ нѣтъ. И ты довели меня до этого, вы нарочно выписали его; я узнаю вашъ адскій авторскій талантъ. Месть ваша удалась: развязка близка.
-- Я могла сказать, что напишу, но сдѣлать это... я не способна!-- воскликнула Камиль.-- Ты страдаешь и я прощаю тебѣ.
-- Что будетъ съ Калистомъ?-- продолжала маркиза съ наивнымъ самолюбіемъ.
-- Развѣ Конти увозитъ васъ?-- спросила Камиль.