-- Ты, мамочка, будешь бережлива?-- весело воскликнула Натали.-- Полно, не разыгрывай такъ рано бабушку! И по такимъ мизернымъ мотивамъ ты рѣшаешься разстаться со мной? Дорогая моя, Поль можетъ казаться тебѣ ограниченнымъ, но увѣряю тебя, что онъ совсѣмъ не корыстолюбивъ.
-- О,-- воскликнула г-жа Евангелиста тономъ, который смутилъ Натали,-- обсужденіе контракта вселило во мнѣ глубокое недовѣріе и вызвало нѣкоторыя сомнѣнія. Но не безпокойся, милочка,-- прибавила она, заключая дочь въ свои объятія и цѣлуя ее,-- я не надолго покину тебя. Когда я буду увѣрена въ томъ, что мое возвращеніе къ вамъ не вызоветъ ни малѣйшей тѣни, когда Поль ближе узнаетъ меня, мы опять заживемъ старой жизнью, возобновимъ наши милыя вечернія бесѣды.
-- Какъ, мамочка, неужели же ты можешь жить безъ твоей Нини?
-- Да, могу, ангелъ мой, потому что я буду жать исключительно для тебя. Мое материнское сердце будетъ всегда чувствовать удовлетвореніе при мысли, что я исполняю своё долгъ и содѣйствую вашему благосостоянію.
-- Но, дорогая, неужели же я теперь же останусь одна съ Полемъ? Что станется со мною? Скажи, что мнѣ дѣлать? Какъ должна я вести себя?
-- Бѣдная малютка, неужели же ты думаешь, что я оставлю тебя безъ всякой поддержки въ этой первой серьезной схваткѣ? Мы будемъ писать другъ другу три раза въ недѣлю, какъ двое влюбленныхъ, будемъ постоянно думать другъ о другѣ. Я буду знать обо всемъ, что ты будешь испытывать, и, повѣрь мнѣ, сумѣю охранить тебя отъ всѣхъ невзгодъ. Да и, впрочемъ, было бы весьма странно, если бы я совсѣмъ не навѣщала васъ въ Парижѣ, этимъ, я выразила бы неуваженіе въ твоему мужу. Я собираюсь ежегодно проводить мѣсяца два въ Парижѣ...
-- Одна, совершенно одна съ нимъ!-- воскликнула Натали съ ужасомъ, прерывая мать.
-- Не согласилась ли ты сдѣлаться его женой?
-- Совершенно вѣрно. Но скажи мнѣ, какъ я должна вести себя? Я слѣпо буду повиноваться тебѣ. Вѣдь ты сумѣла пріобрѣсти полную власть надъ моимъ отцомъ!
Г-жа Евангелиста поцѣловала молодую дѣвушку въ лобъ. Она давно ждала этой просьбы.