ЧЕРТА ИЗЪ ИСТОРІИ ИСПАНСКОЙ ВОЙНЫ.
Колоколъ небольшаго городка Менды пробилъ полночь. Въ эту минуту, одинъ молодой Французскій Офицеръ, опершись на парапетъ длинной террасы, окружавшей сады замка Менды, казался погруженнымъ въ глубокую задумчивость, несовмѣстную съ обыкновенной безпечностью военной жизни: но должно сказать, что никогда время, мѣсто и обстоятельства не могли быть благопріятнѣе для размышленія.
Прекрасное небо Испаніи простиралось голубымъ наметомъ надъ головой его. Брежжущее мерцаніе звѣздъ и кроткій блескъ луны роскошно освѣщали прекрасную долину, разстилавшую подъ ногами его всѣ свои сокровища. Прислонившись къ лимонному дереву, осыпанному цвѣтами, молодой офицеръ могъ видѣть, во стѣ футовъ отъ себя, городъ Менду, который какъ будто укрывался отъ сѣверныхъ вѣтровъ при подошвѣ скалы, на коей построенъ былъ замокъ. Повернувъ голову, онъ усматривалъ море, коего блестящія волны, подобно широкой серебрянной полосѣ, каймили очаровательный ландшафтъ. Замокъ былъ иллюминованъ. Веселый шумъ бала, звуки оркестра, смѣхъ танцующихъ офицеровъ и ихъ дамъ, долетали до него, смѣшиваясь съ отдаленнымъ ропотомъ волнъ. Прохлада ночи проливала крѣпительную свѣжесть въ его члены, изнуренные дневнымъ зноемъ: и наконецъ сады были наполнены деревьями, коихъ роскошные цвѣты благоухали такъ сладко, что молодой человѣкъ чувствовалъ себя какъ будто погруженнымъ въ купель ароматовъ.
Замокъ Менда принадлежалъ одному Испанскому Гранду, который въ это время жилъ въ немъ со всѣмъ семействомъ. Весь этртъ вечеръ старшая изъ его дочерей смотрѣла на офицера съ участіемъ, въ коемъ выражалось столько болѣзненнаго унынія, что задумчивость, владѣвшая молодымъ человѣкомъ, находила въ немъ достаточное изъясненіе. Клара была прекрасна: и хотя у ней было трое братьевъ и еще сестра, имѣніе Маркиза Леганесъ было такъ значительно, что Викторъ Мартанъ могъ предполагать за ней богатое приданое. Но какъ осмѣлишься подумать, чтобы дочь стараго Испанца, надменнаго въ высочайшей степени своимъ грандствомъ, могла принадлежать сыну Парижскаго купца, торгующаго пряными кореньями?
Французы были ненавидимы. Такъ какъ Генералъ Г***, командовавшій въ провинціи, подозрѣвалъ Маркиза въ приготовленіяхъ къ возмущенію, въ пользу Фердинанда VII, то батальонъ, находившійся подъ командою Виктора Мартана, былъ поставленъ въ маленькомъ городкѣ Мендѣ для того, чтобы держать въ страхѣ сосѣднія деревни, повиновавшіяся Маркизу де Леганесъ. Послѣдняя депеша Маршала Нея заставляла даже бояться, чтобъ Англичане въ скоромъ времени не сдѣлали высадки на берегъ, и показывала на Маркиза, какъ на человѣка, состоявшаго въ тайныхъ связяхъ съ Лондонскимъ Кабинетомъ. Почему, не смотря на благосклонность и ласки, оказываемыя Маркизомъ Виктору Мартану и его солдатамъ, молодой офицеръ держалъ себя на сторожѣ.
Подходя къ террасѣ, чтобы осмотрѣть съ ней городъ и деревни, ввѣренныя его надзору, онъ спрашивалъ самъ у себя: какъ изъяснить дружелюбіе, которое Маркизъ не переставалъ ему оказывать, и какимъ образомъ спокойствіе всего околодка можно согласить съ безпокойствами, изъявленными его Генераломъ: но, въ одну минуту, всѣ эти мысли были изгнаны изъ головы его чувствомъ осторожности и любопытствомъ весьма основательнымъ.
Въ городѣ онъ примѣтилъ довольно свѣта. Не смотря на праздникъ С. Іакова, онъ далъ приказъ, въ тоже утро, чтобы огни вездѣ были погашены въ извѣстный часъ, имъ назначенный. Одному замку было позволено исключеніе. Штыки солдатъ его блистали на обыкновенныхъ постахъ: но повсюду царствовало торжественное молчаніе и ничто не показывало, чтобы Испанцы предавались шумной веселости праздника.
Стараясь изъяснить себѣ такое странное нарушеніе даннаго приказа, въ коемъ жители оказались виновными, онъ нашелъ въ немъ тайну, гораздо важнѣйшую, вспомнивъ, что оставилъ офицеровъ смотрѣть за ночнымъ порядкомъ и ходить по городу дозоромъ. Со всею пылкостію юноши, хотѣлъ онъ броситься чрезъ проломъ, чтобъ скорѣе сбѣжать со скалъ и дойти до небольшаго поста, находившагося при входѣ города со стороны замка, какъ тихій шумъ позади остановилъ его. Казалось, что песокъ аллеи шуршалъ подъ легкой ногой женщины. Онъ обернулся и не видѣлъ ничего: но глаза его были поражены необыкновеннымъ блескомъ океана. Вдругъ примѣтилъ онъ зрѣлище столь ужасное, что оцѣпенѣлъ отъ изумленія, не вѣря самому себѣ. Въ серебряномъ мерцаніи луны бѣлѣлись паруса на довольно значительномъ разстояніи. Онъ затрепеталъ и старался убѣдить себя, что сіе страшное видѣніе было не что иное, какъ оптическій обманъ, произведенный блескомъ волнъ и луны.
Въ эту минуту, хриплый голосъ произнесъ его имя. Офицеръ обернулся къ пролому и увидѣлъ медленно подымающуюся голову солдата, котораго взялъ съ собой въ замокъ.
--"Вы ли это, командиръ?.."