-- Спекуляціями?-- повторилъ парфюмеръ.-- Что это такое?
-- Это такъ сказать отвлеченная торговля,-- сталъ пояснять Клапаронъ,-- тутъ человѣкъ подводитъ итогъ доходамъ прежде, чѣмъ ихъ получитъ, пользуется барышами раньше, чѣмъ они окажутся; это геніальная выдумка, новая кабалистика! Она останется тайной для всѣхъ еще лѣтъ двѣнадцать, по словамъ Нюсингена; а Нюсингенъ -- Наполеонъ среди финансистовъ. Насъ, посвященныхъ въ тайну этой кабалистики, человѣкъ десять или двѣнадцать, не больше.
Цезарь напрягалъ все свое вниманіе, стараясь понять Клапарона.
-- Видите ли,-- продолжалъ Клапаронъ послѣ небольшой паузы,-- не всякій человѣкъ способенъ приняться за спекуляцію. Есть изобрѣтательные, геніальные люди, но у нихъ обыкновенно ни копѣйки въ карманѣ. Они изобрѣтаютъ и тратятся, и ничего не видятъ дальше своего носа. Возьмите свинью, которая ищетъ трюфелей! За ней непремѣнно идетъ какой-нибудь молодецъ и ждетъ, когда она захрюкаетъ, дастъ знать о своей находкѣ. Такъ же поступаетъ и капиталистъ. Изобрѣтатель придумаетъ что-нибудь, начнетъ выгодное дѣло, а капиталистъ сейчасъ его и остановитъ: "За что это вы взялись, мой милый? Вѣдь вы себѣ надѣнете петлю на шею; вамъ это не по плечу. Возьмите лучше тысячу франковъ, и передайте дѣло мнѣ". Ладно! Сейчасъ банкиръ созываетъ помощниковъ. "За работу, пріятели! Пишите объявленія! Врите, сколько душѣ угодно!" И вотъ начинаютъ трубить: "Сто тысячъ франковъ на пять су! Громадные барыши! Неисчерпаемые золотые рудники!"... Приманка дѣйствуетъ: являются нужные люди, дѣло выгораетъ, барыши въ рукахъ капиталиста. Свинья остается при своемъ картофелѣ, а у молодцовъ шелестятъ банковые билеты. Вотъ оно какъ, любезнѣйшій! Идите въ нашу компанію. Чѣмъ вы хотите быть? Свиньей, глупцомъ или милліонеромъ? Подумайте-ка хорошенько, я вамъ разъяснилъ теорію нашихъ дѣлъ. Приходите ко мнѣ почаще; я вѣдь славный малый и всегда веселъ. Веселье не вредитъ дѣлу, наоборотъ! За стаканчикомъ вина скорѣй поймешь другъ друга! Ну, выпейте еще шампанскаго! Чудное винцо! Его мнѣ прислали прямо изъ Эпернэ; есть тамъ человѣчекъ, который по моей милости немало продалъ вина, и по хорошей цѣнѣ (я раньше сбывалъ вина). Онъ до сихъ поръ мнѣ благодаренъ, не забываетъ меня.
Бирото былъ пораженъ легкомысліемъ и безпечностью этого человѣка, котораго всѣ считали проницательнымъ, умнымъ, серьезнымъ, и не посмѣлъ подвергать его дальнѣйшимъ вопросамъ. Хотя шампанское уже затмило отчасти его сознаніе, Цезарь, однако, вспомнилъ одно имя, произнесенное Дю-Тилье, и спросилъ Клапарона, гдѣ живетъ и каковъ банкиръ Гобсекъ.
-- Неужели вы въ такой крайности, любезный господинъ Бирото?-- сказалъ Клапаронъ.-- Гобсека можно назвать банкиромъ, если вы назовете докторомъ палача! Онъ меньше пятидесяти процентовъ не беретъ; это второй Гарпагонъ: онъ дастъ вамъ мѣхъ лѣтомъ, ситецъ -- зимой... И какое обезпеченіе дадите вы ему? Онъ не возьметъ одни векселя; придется вамъ отдать ему жену, дочь, все, что на васъ надѣто, все, что есть въ домѣ, включая сюда и картонки изъ подъ шляпъ, и каминные щипцы, и дрова, сложенныя въ подвалѣ... Гобсекъ, Гобсекъ! Кто вамъ указалъ на этого палача, эту финансовую гильотину?
-- Господинъ Дю-Тилье.
-- Ну, отъ этого мошенника всего можно ожидать. Мы съ нимъ были пріятели прежде, и если теперь разошлись такъ, что даже не кланяемся, то, повѣрьте, недаромъ. Я разглядѣлъ всю черноту его души; я видѣть не могу этого нахала; задираетъ носъ... потому что живетъ съ женой нотаріуса. Никогда ему не добиться моего уваженія, никогда!.. Но и шутникъ же вы, батенька, ей Богу, шутникъ! Закатили такой балъ, а черезъ мѣсяцъ ужь просите объ отсрочкѣ. Вы далеко пойдете. Примемся вмѣстѣ за дѣла! У васъ хорошаярепутація, она мнѣ пригодится... А Дю-Тилье Гобсеку пара. Дю-Тилье добромъ не кончитъ. Если правда, что онъ связался съ Гобсекомъ, придетъ ему конецъ. Этотъ старикашка опытный паукъ: онъ сидитъ себѣ смирно въ углу паутины до поры, до времени, а потомъ цапъ! и проглотилъ человѣка, какъ я стаканъ вина. Впрочемъ, Дю-Тилье лучшаго и не стоитъ, туда ему и дорога! Онъ такъ подвелъ меня... повѣсить его мало!
Полтора часа продолжалась эта безсмысленная болтовня; наконецъ, Бирото собрался домой, но Клапаронъ еще задержалъ его, принявшись разсказывать забавный анекдотъ. Конца его парфюмеръ не дослушалъ: онъ всталъ и простился съ Клапараномъ.
-- Вамъ еще придется навѣдываться ко мнѣ,-- замѣтилъ мнимый банкиръ.-- Одинъ изъ векселей Сейрона уже опротестованъ и мнѣ пришлось заплатить по нему; но мы съ вами поговоримъ еще объ этомъ дѣлѣ, я пошлю къ вамъ кого-нибудь.