Возвращаясь домой, бѣднякъ въ разсѣянности пошелъ по улицѣ Сентъ-Онорэ; обыкновенно онъ дѣлалъ крюкъ, чтобы только не проходитъ мимо бывшаго своего магазина, не видѣть оконъ прежней своей квартиры. Въ первый разъ послѣ того, какъ постигло его несчастье, увидѣлъ Цезарь опять домъ, гдѣ послѣ восемнадцати лѣгъ безоблачнаго счастья онъ испытывалъ три мѣсяца страшныя мученія.
"Тутъ разсчитывалъ я покончить свои дни", подумалъ онъ и ускорилъ шаги, замѣтивъ новую вывѣску:
ЦЕЛЕСТИНЪ КРЕВЕЛЬ,
преемникъ Цезаря Бирото.
-- Что это?.. Я какъ будто видѣлъ у окна Цезарину!.. Должно быть, мнѣ пригрезилось.
Но тутъ Цезарь дѣйствительно замѣтилъ у окна не только дочь, но и жену съ Попино. Всѣ они знали, что Бирото никогда не проходитъ мимо бывшаго своего магазина, и смѣло отправились сдѣлать кое-какія распоряженія, такъ какъ разсчитывали вскорѣ переселиться въ прежнюю квартиру и устроить празднество для Цезаря. Между тѣмъ самъ Цезарь не зналъ, что думать, увидѣвъ тутъ свою семью; онъ былъ такъ пораженъ, что стоялъ, какъ вкопанный.
-- Взгляните на господина Бирото! Онъ глазъ не спускаетъ съ бывшаго своего дома,-- сказалъ Молине владѣльцу магазина напротивъ "Царицы Розъ".
-- Бѣдняга!-- произнесъ купецъ.-- А какой у него былъ чудный балъ!.. Болѣе двухъ сотъ каретъ стояло на улицѣ.
-- Я былъ на этомъ балу,-- сказалъ Молине,-- а черезъ мѣсяцъ Бирото обанкротился, и меня выбрали синдикомъ.
Бирото слышалъ это и поспѣшилъ уйти, весь дрожа отъ волненія. Пильеро, которому передали о томъ, что произошло въ улицѣ Пяти Алмазовъ, взялъ на себя подготовить племянника къ радостному извѣстію. Пильеро зналъ, какія волненія переживаетъ ежечасно Цезарь, видѣлъ, какъ настроеніе его постоянно измѣняется, и боялся, что ему не подъ силу будетъ перенести слишкомъ большую радость. Когда Бирото вернулся домой, онъ засталъ дядю въ глубокой задумчивости: Пильеро соображалъ, какъ сообщить племяннику счастливую новость. Съ радостью сталъ Цезарь разсказывать о милости къ нему короля; затѣмъ онъ упомянулъ также о томъ, что видѣлъ Цезарину въ прежней своей квартирѣ. Пильеро нашелъ это удобнымъ предлогомъ для сообщенія Цезарю важной для него тайны.