-- Жюстина, Фердинандъ боленъ!..-- вскрикиваетъ Каролина.-- Скорѣй, пошлите за каретой.
Въ ту минуту, какъ Жюстина сбѣгаетъ съ лѣстницы, Адольфъ поднимается ей навстрѣчу
"Бѣдная моя барыня,-- думаетъ про себя Жюстина,-- какъ видно, карета-то ей не понадобится".
-- Это что значитъ? Откуда ты взялся?-- восклицаетъ Каролина, увидѣвъ Адольфа, въ восхищеніи остановившагося передъ роскошно сервированнымъ столомъ.
Адольфъ не отвѣчаетъ ни слова. Жена давнимъ-давно не угощала его такими изящными пиршествами! Онъ угадываетъ въ чемъ дѣло, видя на скатерти тѣ же милыя мысли, какія госпожа де-Фиштаминель, а можетъ быть синдикъ, по дѣлу Шомонтеля рисовали ему на другихъ столахъ, не менѣе кокетливо разубранныхъ.
-- Кого же ты ожидаешь?-- спрашиваетъ онъ въ свою очередь.
-- А какъ бы ты думалъ? Конечно, Фердинанда,-- отвѣчаетъ Каролина.
-- И онъ заставляетъ себя ждать?
-- Онъ боленъ, бѣдняжка.
Въ головѣ Адольфа мелькаетъ шальная мысль, и онъ говоритъ, прищуривая одинъ глазъ: