О тѣхъ мужьяхъ, которые не на высотѣ своего призванія, мы, говорить не будемъ: эти и не приступаютъ къ борьбѣ, а прямо уносятся къ многочисленному классу покорившихся.
Адольфъ разсуждаетъ такимъ образомъ:
-- Женщины все равно, что малые ребята: покажите имъ кусокъ сахару, и онѣ пропляшутъ передъ вами тѣ же танцы, какія обыкновенно отплясываютъ дѣти, жадныя до сластей; нужно всегда имѣть въ запасѣ конфетку и давать ее не вдругъ, а съ разсчетомъ, и еще... наблюдать, чтобы не пропадалъ у нихъ вкусъ къ конфеткамъ. Парижанки (Каролина парижанка) до крайности тщеславны, и кромѣ того онѣ лакомки. Всего легче управлять людьми и наживать друзей, если льстить ихъ страстямъ и потакать ихъ порокамъ: теперь я знаю, чѣмъ задобрить жену!
Въ теченіе нѣсколькихъ дней Адольфъ удвоилъ внимательность къ женѣ и, наконецъ, повелъ такую рѣчь:
-- Знаешь что, Каролина, давай веселиться! Надѣнь-ка свое новое платье (то, что одинаковое съ г-жей Дешаръ) и... пойдемъ въ театръ Варьетэ, посмотримъ какую-нибудь глупость!
Такого рода предложенія всегда приводятъ въ наилучшее расположеніе духа всякую законную жену. И вотъ они отправились. Адольфъ заранѣе заказалъ у Бореля, въ ресторанѣ Rocher de Cancale, тонкій обѣдъ на двоихъ.
-- Разъ, что мы проведемъ вечеръ въ Варьетэ, давай пообѣдаемъ въ кабачкѣ!-- восклицаетъ Адольфъ, идя по бульвару и придавая этому предложенію такой видъ, какъ будто ему только сію минуту пришла въ голову такая великодушная мысль.
Каролина въ высшей степени довольна такимъ подобіемъ кутежа и входитъ въ маленькій отдѣльный салонъ, гдѣ застаетъ же накрытый столъ и кокетливый сервизъ, предоставляемый тамъ Борелемъ, если вы достаточно богаты, чтобы уплатить за помѣщеніе, предназначенное собственно для великихъ міра сего, когда имъ приходитъ фантазія на время стать малыми.
На званомъ обѣдѣ женщины вообще ѣдятъ мало: ихъ стѣсняютъ секретныя подробности туалета, туго затянутый корсетъ, присутствіе другихъ женщинъ, глаза и язычки которыхъ пугаютъ ихъ въ одинаковой степени. Онѣ любятъ не столько хорошую ѣду, сколько хорошенькія кушанья: ихъ дѣло сосать раковъ, проглатывать кусочки перепелки, обваленные въ сухаряхъ, возиться съ крылышкомъ тетерева, а начать съ порціи свѣжей рыбы, приправленной однимъ изъ тѣхъ соусовъ, которыми прославилась французская кухня. Французскій вкусъ первенствуетъ повсюду: въ рисункахъ, модахъ, и пр. и пр. А въ поваренномъ дѣлѣ высшій вкусъ проявляется въ соусахъ. Поэтому и гризетки, и жены буржуа, и герцогини большія охотницы до маленькихъ, тонкихъ обѣдовъ, запиваемыхъ превосходными винами (въ умѣренномъ количествѣ) и кончающихся такими фруктами, которыхъ нигдѣ нельзя достать, кромѣ Парижа, особенно если предстоитъ переваривать такой обѣдъ въ театрѣ, въ хорошей ложѣ, и слушать двойныя глупости: во-первыхъ, тѣ, которыя говорятся на сценѣ, а во-вторыхъ, объясненія этихъ глупостей, сообщаемыя имъ на ушко. Жаль только, что въ ресторанѣ приходится уплатить по счету сто франковъ, ложа стоитъ тридцать, да карета и мелкія добавки къ туалету (какъ-то: свѣжія перчатки, букетъ, и пр.), столько же. Такимъ образомъ, эта любезность мужа обходится ему въ сто шестьдесятъ франковъ, что составитъ около четырехъ тысячъ франковъ въ мѣсяцъ, если часто посѣщать Комическую Оперу, Итальянцевъ и Большую Оперу. Четыре тысячи франковъ въ мѣсяцъ въ наше время означаютъ капиталъ въ два милліона. Но поддержаніе супружеской чести того и стоитъ.
Каролина разсказываетъ пріятельницамъ такія вещи, которыя съ ея точки зрѣнія чрезвычайно лестны для ея мужа; но тѣмъ не менѣе, если мужъ не глупъ, ея отзывы должны его покоробить.