Жюли.-- У Адольфа столько воли; онъ такъ способенъ, что можетъ сдѣлаться... даже министромъ.
Меркадэ.-- Кто-жь нынче не мечтаетъ быть министромъ? Со школьной скамейки каждый воображаетъ, что онъ -- великій поэтъ, великій ораторъ... Знаешь, чѣмъ станетъ твой Адольфъ? Отцемъ по я дюжины ребятъ, которыя безпрестанно будутъ нарушать планы его работъ, экономій, потомъ спровадятъ его будущее превосходительство въ Клишй, а тебя доведутъ до страшнѣйшей бѣдности... Ты мнѣ разсказала романъ, но не исторію настоящей жизни.
Г-жа Меркадэ.-- Жюли, въ этой любви ничего нѣтъ серьёзнаго...
Жюли.-- Она настолько серьёзна, что мы оба пожертвуемъ ей всѣмъ!
Меркадэ.-- Постой, твой Адольфъ навѣрно думаетъ, что мы богаты?
Жюли,-- Онъ никогда не говорилъ мнѣ про деньги.
Меркадэ (въ сторону ).-- Ну, да! нашелъ!.. (Жюли) Попроси его сейчасъ придти переговорить со мной. Садись, пиши!
Жюли." -- Ахъ, папа!
Меркадэ.-- И ты выдешь за де-ля-Бривъ. Вмѣсто твоего четвертаго этажа гдѣ-то тамъ, за фортификаціями, вы будете имѣть прекрасный домъ, въ самой лучшей улицѣ. И если не сдѣлаешься женой министра, то навѣрно пэра Франціи. Желалъ бы вамъ, сударыня, что-нибудь еще лучше предложить... да выборъ малъ. Минаръ самъ откажется отъ тебя.
Жюли.-- О, никогда! Вы его полюбите, я знаю.