Де-ля-Бривъ.-- Ничего у меня нѣтъ тяжелаго: нивъ карманѣ, ни на совѣсти. Въ чемъ можно меня упрекнуть?.. Проживая свое состояніе, я давалъ наживаться всѣмъ парижскимъ промышленникамъ, тѣмъ даже, какихъ и не знаютъ еще. Мы безполезны?! Мы -- праздные люди?! Вотъ вздоръ какой! Да мы-то и оживляемъ денежное обращеніе.
Меркадэ.-- Оборотнымъ капиталомъ. Да, вы въ полномъ разумѣ.
Де-ля-Бривъ.-- У меня только это и осталось.
Меркадэ.-- Умъ -- это нашъ монетный дворъ. И такъ, при вашемъ теперешнемъ расположеніи, постараюсь быть кратокъ и ясенъ.
Де-ля-Бривъ.-- Такъ ужь я присяду.
Меркадэ.-- Слушайте: я вижу васъ за опасной дорогѣ, ведущей къ извѣстной отважной ловкости, въ которой глупцы упрекаютъ такъ часто дѣльцовъ. Вы вкусили отъ опьяняющей жизни Парижа. Роскошь въѣлась въ васъ. Вашъ Парижъ начинается съ Елисейскихъ Полей и кончается въ жокей-клубѣ. Парижъ для васъ -- это міръ женщинъ, про которыхъ или слишкомъ много говорятъ, или вовсе не говорятъ.
Де-ля-Бривъ.-- Совершенно вѣрно!
Меркадэ.-- Обманчивая атмосфера умныхъ людей, газетъ, театра, кулисъ, власти... Пространное море, гдѣ удятъ рыбу. Жить надо такъ, или пустить себѣ пулю въ лобъ.
Де-ля-Бривъ.-- Нѣтъ, продолжать жить, безъ...
Меркадэ.-- Хватитъ ли у васъ генія, чтобы держаться въ лакированныхъ сапогахъ на верху вашихъ замысловъ? Господствовать надъ умными людьми силой капитала, силой вашей ловкости? Достанетъ ли у васъ таланта лавировать между этими двумя подводными камнями: обѣдъ въ сорокъ су и Клишй?