-- Так! -- сказал он, скрестив руки. -- Вот сценка из тех, что могли бы вдохновить достопочтенного Бернардена-де-Сен-Пьера, автора "Поля и Виргинии". Хорошая штука молодость, госпожа Кутюр! Спи, бедное дитя, -- добавил он, глядя на Эжена, -- счастье нередко приходит во сне. Сударыня, -- обратился он к вдове, -- знаете, что меня привязывает к этому юноше, что меня в нем волнует? Сознание, что красота его души соответствует красоте его лица. Смотрите, разве это не херувим, склонившийся на плечо ангела? Он достоин любви! Будь я женщина, я хотел бы умереть (пет, это глупо!)... -- жить для него. Любуясь ими сейчас, сударыня, -- шепнул он вдове на ухо, -- я невольно думаю, что бог создал их друг для друга. Пути провидения неисповедимы, оно испытывает сердца и чресла наши, -- воскликнул он. -- Видя вас соединенными, дети мои, соединенными вашей чистотой и всеми человеческими чувствами, я думаю про себя: вы будете неразлучны; иначе быть не может. Бог справедлив! Но мне сдается, -- обратился он к девушке, -- я видел у вас линии преуспеяния. Дайте мне вашу руку, мадемуазель Викторина; я знаю толк в хиромантии и несколько раз предсказывал судьбу. Да не бойтесь же! О! Что я вижу? Клянусь честью, в недалеком будущем вы станете одной из самых богатых наследниц Парижа. Вы осчастливите того, кто вас любит. Отец ваш призывает вас к себе. Вы выходите замуж за человека титулованного, молодого, красивого, обожающего вас,
В эту минуту тяжелые шаги спускавшейся по лестнице старой кокетки прервали пророчество Вотрена.
-- Вот и мамаша Воккер, преккрасивая, как звезда, и затянутая в ррюмочку!.. Только как бы не задохнуться нам ненароком? -- добавил он, дотрагиваясь до кончика планшетки. -- Слишком туго стянуто под ложечкой, мамаша! Ежели мы расплачемся, то лопнем. Но я соберу обломки с тщательностью антиквара.
-- Ах, он умеет быть любезен, как истый француз! -- проговорила вдова на ухо госпоже Кутюр.
-- Прощайте, детки! -- продолжал Вотрен, обращаясь к Эжену и Викторине. -- Благословляю вас, -- сказал он, возлагая руки на их головы. -- Поверьте, барышня, пожелания порядочного человека кое-чего значат, они не могут не принести счастья, бог внемлет им.
-- Прощайте, дружок, -- сказала госпожа Воке своей жилице, -- Как вы думаете, -- добавила она шепотом, -- серьезные ли у господина Вотрена намерения относительно меня?
-- Гм, гм!..
-- Ах, дорогая матушка! -- вздохнула, разглядывая ладони, Викторина, оставшись наедине с госпожой Кутюр. -- Если бы слова доброго господина Вотрена оправдались!
-- Но для этого нужно только, -- ответила старая дама, -- чтобы твой изверг брат свалился с лошади.
-- Ах, матушка!