-- Очень, -- ответил Эжен, краснея и дурея от смутной мысли, что он ляпнул что-то весьма несуразное.
-- Вы поете? -- воскликнула она, уходя к фортепиано и стремительно пробегая по всем клавишам, от нижнего до и до верхнего фа. -- Р-р-р-ра!
-- Нет, сударыня.
Граф де Ресто расхаживал взад и вперед.
-- Жаль, вы лишены сильного оружия для завоевания успеха. Ca-a-ro, ca-a-ro, ca-a-a-aro, non du-bi-ta-rе [Милый, милый, не сомневайся (итал.).], -- запела графиня.
Произнеся имя папаши Горио, Эжен ударил волшебным жезлом, но результат получился противоположный тому, какой имели слова: "родственник госпожи де Босеан". Он очутился в положении человека, удостоившегося особой чести попасть к любителю редкостей и неловко задевшего шкаф со статуэтками, отчего упали три-четыре плохо приклеенные головки. Он готов был провалиться сквозь землю. Лицо госпожи де Ресто было сухо и холодно, а глаза, принявшие равнодушное выражение, избегали взгляда злополучного студента.
-- Сударыня, -- сказал тот, -- вам надо поговорить с господином де Ресто, имею честь засвидетельствовать свое почтение, позвольте мне...
-- Когда бы вы ни пожаловали, -- перебила графиня, жестом останавливая Эжена, -- будьте уверены, что вы доставите величайшее удовольствие и господину де Ресто, и мне.
Эжен низко поклонился чете и вышел в сопровождении господина де Ресто, который, несмотря на протесты студента, проводил его до передней.
-- Когда бы ни пожаловал этот господин, -- сказал граф Морису, -- ни графини, ни меня не будет дома.