-- Дитя! Да, вы дитя, -- сказала она, удерживая слезы. -- Вы вот способны любить искренно!
-- О! -- воскликнул он, склоняя голову.
Ответ честолюбца пробудил в виконтессе живой интерес к нему. Южанин делал свой первый шахматный ход. Промежуток времени, отделявший голубой будуар госпожи де Ресто от розовой гостиной госпожи де Босеан, равнялся для него трем годам изучения кодекса Парижского права; об этом кодексе не принято говорить, хотя он составляет высшую общественную юриспруденцию; которая, будучи хорошо изучена и умело применена на практике, обеспечивает блестящую карьеру.
-- А! Вспомнил, -- сказал Эжен. -- На вашем балу я обратил внимание на госпожу де Ресто и сегодня утром был у нее.
-- Вероятно, вы очень помешали ей, -- сказала госпожа де Босеан, улыбаясь.
-- О, да! Я круглый невежда и вооружу против себя всех, если вы откажете мне в помощи. Мне кажется, что в Париже очень трудно встретить молодую, красивую, богатую, изящную женщину, которая не была бы занята, а мне нужна такая; она научила бы меня тому, что вы, женщины, умеете так хорошо объяснять: жизни. Я везде встречу какого-нибудь де Трайля. Вот я и приехал к вам просить помочь мне разгадать загадку и сказать, в чем состоит глупость, которую я там совершил. Я сказал о некоем папаше...
-- Герцогиня де Ланжэ, -- доложил Жак, прерывая студента на полуслове. Того передернуло от досады.
-- Если вы хотите иметь успех, -- шепнула виконтесса, -- то прежде всего умейте сдерживаться.
-- А! Здравствуйте, дорогая моя, -- произнесла она, вставая и идя навстречу герцогине. Виконтесса так горячо, с такой сердечностью жала ей руки, точно перед ней была родная сестра; герцогиня отвечала самыми нежными ласками.
"Вот две близких подруги, -- подумал Растимьяк. -- Отныне я буду иметь двух покровительниц; у обеих этих женщин, должно быть, одинаковые привязанности, и герцогиня несомненно, примет во мне участие".