-- Любовницам! Вы хотите сказать, женам? -- вставил Пуаре.
-- Нет, сударь. Каторжники обычно имеют только незаконных жен, которых мы именуем сожительницами.
-- Стало быть, все они живут в незаконном сожительстве?
-- Выходит, так.
-- Ну, такое безобразие его превосходительству не следовало бы терпеть. Раз вы имеете честь встречаться с господином министром и, как мне кажется, настроены человеколюбиво, вам бы надлежало обратить внимание его превосходительства на безнравственное поведение этих людей, подающих весьма дурной пример остальному обществу.
-- Но, сударь, правительство сажает их в тюрьму не для того, чтобы выставить образцом всех добродетелей.
-- Это так. Однако, сударь, позвольте...
-- Но, голубчик мой, дайте же господину досказать! -- вмешалась мадемуазель Мишоно.
-- Вы понимаете, мадемуазель, -- продолжал Гондюро, -- правительство весьма заинтересовано в том, чтобы захватить эту незаконную кассу, которая достигает, говорят, довольно внушительной суммы. Надуй Смерть держит у себя значительные ценности, укрывая не только деньги, принадлежащие некоторым его товарищам, но и поступления от Общества десяти тысяч...
-- Десяти тысяч воров! -- воскликнул перепуганный Пуаре.