"Ты съ ума сошелъ!"
-- "Да! правда!" вскричалъ Филиппъ, сложивъ руки на грудь.
Вдругъ отчаянная мысль какъ будто овладѣла имъ.
-- "Ты!" вскричалъ онъ, схвативъ за плечо своего солдата: "я поручаю ее тебѣ на одинъ часъ только... Помни, что ты долженъ скорѣе умереть, чѣмъ допустить кого, бы то ни было къ каретѣ."...
Сказавъ сіи олова, Маіоръ схватилъ въ одну руку всѣ бриліанты Графини, а другою, выхвативъ саблю, началъ осыпать тяжеловѣсными ударами тѣхъ, кои казались ему наиболѣе крѣпкими и безстрашными изъ спящихъ.
Онъ успѣлъ разбудить колоссальнаго: гренадира и двухъ другихъ, коихъ не льзя было распознать ранга.
-- "Насъ жарятъ!"... сказалъ онъ имъ.
-- Вижу... отвѣчалъ гренадиръ.
-- "Ну такъ смерть за смерть! Не лучшели продать жизнь свою для прекрасной женщины и -- можетъ быть -- увидѣть опять Францію?"..
-- Я хочу спать!. сказалъ одинъ изъ проснувшихся, повалившись опять на снѣгъ. И если ты дотронешься еще до меня, Маіоръ, то я пропорю тебѣ брюхо...