Г. и Гжа де Бейль предложили охотно свою карету Совѣтнику, говоря, что они кончатъ свою прогулку пѣшкомъ.
-- "Что это за женщина?" спросилъ ихъ Судья, указывая на незнакомку.
-- Думаютъ, что она пріѣхала изъ Муленя, отвѣчалъ Г. де Бейль. Говорятъ, что это Графиня де Вандьеръ, которая сошла съ ума; но какъ я самъ здѣсь не болѣе двухъ мѣсяцовъ, то не могу вамъ поручиться за справедливость этихъ слуховъ!
Г. д'Альбонъ поблагодарилъ Г. и Гжу де Бейль и отправился въ Кресанъ. Едва они потерялись изъ виду, какъ Филиппъ де Сюси пришелъ въ себя, благодаря сильному дѣйствію Англійскаго уксуса..
"Это она!" вскричалъ, онъ.
-- "Кто, она?".. спросилъ д'Альбонъ.
"Юлія!.. Ахъ! мертвая и живая, живая и сумасшедшая.. И! какъ я не умеръ!"..
Благородный Совѣтникъ умѣлъ понять всю важность кризиса, коему подвергала ея его другъ я и остерегся его болѣе распрашивать и раздражать. Онъ нетерпѣливо желалъ пріѣхать скорѣе въ замокъ; ибо перемѣна, происходившая въ чертахъ и во всемъ существѣ Полковника, заставляла его бояться, чтобъ Графиня не сообщила Филиппу своей ужасной болѣзни.
Какъ скоро, карета доѣхала до поворота въ Иль-Адамъ, Г. д'Альбонъ послалъ Лакея за врачемъ; такъ что въ ту минуту какъ Полковникъ былъ положенъ въ постель, докторъ находился уже подлѣ него.
-- Еслибъ Г. Полковникъ не былъ почти совершенно натощакъ, сказалъ хирургъ, онъ бы непремѣнно умеръ!. Его изнеможеніе спасло его!..