-- Надо действовать на это странное вещество реактивами. Пойдемте к Жафе; быть может, химия окажется счастливее механики.
Валантен пустил лошадь рысью, в надежде застать знаменитого химика Жафе в лаборатории.
-- Ну, старый друг, -- сказал Планшет, увидя, что Жафе сидит в кресле и рассматривает осадок, -- как поживает химия?
-- Заснула. Ничего нового. Впрочем, Академия признала существование салицина. Но салицин, аспарагин, вокелин и дигиталин еще не открытия.
-- Не имея возможности открывать новые элементы, -- заметил Рафаэль, -- вы, повидимому, довольствуетесь изобретением новых имен.
-- Чорт подери, это истинная правда, молодой человек!
-- Так вот, -- сказал профессор Планшет химику, -- попробуй-ка разложить это вещество; если ты добудешь из него какой-нибудь новый элемент, то я заранее называю его дьяволином, так как, желая сжать его, мы только что сломали гидравлический пресс.
-- Покажите-ка, покажите! -- весело вскричал химик, -- быть может, это еще не открытое простое тело.
-- Это всего-навсего кусок ослиной кожи, -- сказал Рафаэль.
-- Что? -- с важностью переспросил знаменитый химик.