-- Я не шучу, -- отвечал маркиз, подавая ему Шагреневую Кожу.
Барон Жафе прикоснулся к коже нервными сосочками своего языка, столь опытного в распознавании на вкус солей, кислот, щелочей, газов, и после нескольких попыток сказал:
-- Никакого вкуса! Ну-с, попробуем попоить ее немного фтористой кислотой.
Подверженная действию этого вещества, столь быстро разлагающего ткани животных, кожа не претерпела никакого изменения.
-- Это не шагрень! -- вскричал химик. -- Давайте считать этого таинственного незнакомца минералом и дадим ему щелчок по носу, положив в огнеупорный тигель, где у меня как раз углекислый калий.
Жафе вышел и скоро воротился.
-- Позвольте мне кусочек этого странного вещества, -- сказал он Рафаэлю, -- оно до того необыкновенно...
-- Кусок! -- вскричал Рафаэль, -- ни даже в толщину волоска. Впрочем, попробуйте, возьмите, -- сказал он с печальным и вместе с тем насмешливым видом.
Ученый, пытаясь отрезать кусок шагреня, сломал бритву; он попробовал разбить кожу при помощи сильного электрического разряда, затем подвергнул ее действию вольтового столба, но все перуны его науки оказались бессильны в отношении страшного талисмана.
Было семь часов вечера. Планшет, Жафе и Рафаэль, не замечая, как бежит время, ждали результата последнего опыта. Шагрень вышел победителем из ужасного испытания, которому его подвергли, прибегнув к значительному количеству хлористого азота.