-- Я бы охотно поддался этой блаженной жизни; но я бѣдный студентъ, и мнѣ надобно подумать, какъ бы устроиться и пріобрѣсти хоть маленькое состояніе.
-- Пріобрѣтете! сказала она, смѣясь. Вы видѣте, все улаживается. Думала ли я сегодня быть такого счастливою?
Женщины любятъ доказывать, что не возможное очень возможно.
Когда Г-жа Нюсингенъ и Ростиньякъ вошли въ ложу, у пси былъ довольный и веселый видъ, который такъ шелъ къ ней, что въ собраніи стали ходить маленькія клеветы, интересныя сплетни, невинныя догадки о томъ какъ прекрасная баронесса провела свое время между обѣдомъ и театромъ. Кто знаетъ столичныя публики, тотъ не станетъ вѣрить ничему, что въ нихъ говорится во время антрактовъ.
Евгеній непримѣтно взялъ руку баронессы, и они говорили между собою болѣе или менѣе живыми пожатіями, сообщая другъ другу впечатленія, производимыя на нихъ музыкою. Этотъ вечеръ былъ для лихъ упоителенъ. Они вышли вмѣстѣ, и Г-жа Нюсингенъ захотѣла проводить Евгенія до Новаго моста, чтобы имѣть возможность долѣе оспоривать у него наглости, одинъ изъ тѣхъ поцѣлуевъ, которые такъ щедро расточала ему въ Нале Роялѣ. Онъ упрекалъ со въ этой перемѣнчивости.
-- Тогда это была благодарность за преданность неожиданную, сказала она: теперь это былъ бы залогъ обѣщанія.
-- А вы не хотите обѣщать мнѣ, неблагодарная!
Дельфина, сдѣлавъ одинъ изъ тѣхъ жестовъ нетерпѣнія, которые такъ правятся влюбленнымъ, дала ему поцѣловать руку, и онъ взялъ эту руку съ неохотою, восхитившею баронессу.
-- Въ понедѣльникъ, на балѣ увидимся, сказала она; выпуская его изъ кареты;
Идя пѣшкомъ, въ лунную и прекрасную ночь, Евгеній предавался размышленіямъ. Онъ былъ вмѣстѣ и счастливъ и недоволенъ: счастливъ приключеніемъ, котораго вѣроятная развязка доставляла ему обладаніе одною изъ самыхъ прелестныхъ и молодыхъ красавицъ во всемъ Парижѣ, въ который стремились всѣ его желанія; недоволенъ тѣмъ, что всѣ его планы обогащенія рушились. Тогда снова закружились въ головѣ его мысли, которымъ онъ предавался за два дня до того. Неудача всегда показываетъ намъ неумѣренность нашихъ желаніи. Чѣмъ болѣе Евгеній наслаждался Парижскою жизнію, тѣмъ пуще не хотѣлось ему оставаться бѣднымъ и безвѣстнымъ. Онъ мялъ въ карманѣ банковой билетъ, и старался убѣдить себя, что имѣетъ право располагать имъ. Наконецъ онъ пришелъ къ дому Г-жи Воке, и всходя по лѣстницѣ, увидѣлъ на верху огонь. Старикъ Горіо оставилъ дверь свою не запертою и не затушилъ свѣчи, что-бы Евгеній не забылъ "разсказать ему про дочь его," какъ онъ обыкновенно говорилъ. Евгеній ничего не скрылъ отъ него.