-- И вы воображаете себѣ, вскричалъ этотъ суровый, безпощадный софистъ, что модный молодой человѣкъ можетъ жить въ Новой улицѣ Св. Женевьевы, въ домѣ Г-жи Воке, -- домѣ конечно, во всѣхъ отношеніяхъ весьма почтенномъ, но ни сколько не фешенебельномъ? Любезный другъ, если вы хотите блистать въ большомъ свѣтѣ, то вамъ надобно имѣть трехъ лошадей на конюшнѣ, тюльбюри для утреннихъ выѣздовъ, карету для вечернихъ; вы должны платить въ годъ портному три тысячи франковъ, шляпнику триста франковъ, сапожнику триста франковъ и тратить шесть сотъ франковъ въ годъ на прачку. Модные молодые люди обязаны какъ можно болѣе заботиться о бѣльѣ; это въ нихъ всего чаще разглядываютъ. Сосчитавъ порядочно, найдемъ, что вамъ надобно проживать двадцать пять тысячъ франковъ въ годъ; иначе вы шлепаетесь въ грязь, затмите свою свѣтлую будущность, лишитесь успѣховъ и любовницъ. Да! я еще забылъ камердинера и грума. Вѣдь не Христофоръ же будетъ разносить ваши любовныя записки. И нельзя жь вамъ писать ихъ на бумагѣ, на которой дѣлаются отмѣтки на лекціяхъ: это значило бы просто зарѣзаться, безвозвратно погубить себя. Повѣрьте человѣку опытному, прибавилъ онъ, сдѣлавъ басомъ своимъ rinforzando. Я самъ велъ эту жизнь я знаю что она стоитъ. Переселитесь на добродѣтельный чердакъ и обвѣнчайтесь тамъ съ работою, или изберите другія средства.
Тутъ Вотренъ мигнулъ на Викторину Тальферъ, чтобъ этимъ заключить рѣчь свою и напомнить Евгенію сѣмена, которыя онъ незадолго передъ тѣмъ посѣялъ въ его сердцѣ.
Прошло много дней къ которые Ростиньякъ велъ жизнь самую разсѣянную. Онъ почти всегда ѣздилъ съ Г-жею Нюсингенъ на обѣды и вечеринки. Онъ возвращался домой часа въ три или четыре за полночь, вставалъ въ полдень, одѣвался и отправлялся въ хорошую погоду гулять съ Дельфиною, и безпечно тратилъ драгоцѣнное время. Онъ игралъ въ большую игру; проигрывалъ и выигрывалъ много, и совершенно привыкъ къ безпутной жизни Парижскихъ молодыхъ людей. Изъ перваго выигрыша онъ отправилъ къ матери и сестрамъ полторы тысячи франковъ и небольшіе подарки. Хотя онъ давно уже объявилъ, что намѣренъ выѣхать изъ дома Г-жи Воке, но въ концѣ Января жилъ еще тамъ, и не зналъ ажъ оттуда выбраться. Молодые люди почти всегда покоряются закону, который съ перваго взгляда кажется непонятнымъ, но который происходитъ отъ Самой ихъ молодости и бѣшеной страсти къ удовольствіямъ. У нихъ всегда есть деньги на прихоти, а никогда нѣтъ ихъ на нужное. Кошелекъ Ростиньяка былъ всегда пустъ для Г-жи Воке, всегда полонъ для удовлетворенія тщеславію своего владѣтеля, и имѣлъ какіе-то лунатическіе успѣхи и неудачи, никогда не соотвѣтствовавшіе настоящимъ срокамъ платежей, чтобы выѣхать изъ этого неблагодарнаго, нечистаго, вонючаго дома, надобно было расплатиться съ хозяйкою, купить мебели для новой квартиры, а это-то онъ никогда не въ состояніи былъ сдѣлать.
Около этого времени Ростиньякъ проигрался и надѣлалъ долговъ. Онъ начиналъ понимать, что ему не возможно продолжать этого образа жизни, не имѣя вѣрнаго дохода. Но вполнѣ чувствуя по временамъ всѣ неудобства своего положенія, онъ не имѣлъ силы отказаться отъ заманчивыхъ наслажденій этой жизни, и хотѣлъ продолжать ее, во что бы то ни стало. Счастливые случаи, на которые онъ надѣялся, обращались въ мечты, а существенныя препятствія выростали. Эта жизнь, снаружи пышная, но съѣдаемая молью угрызеній совѣсти; эти мимолетныя удовольствія, отравляемыя постоянными заботами, сдѣлались для него привычными; онъ сроднился съ моей жизнію, и, какъ Разсѣянный Лабрюера, ложился спать въ грязи оврага, но также, подобно Разсѣянному, маралъ покуда еще одно только платье.
-- Что, братъ, видно уже предался влеченію своихъ мыслей, чтобы отъ нихъ вылечиться? сказалъ ему однажды Біаншонъ, выходя изъ-за стола?
-- Нѣтъ еще, но кажется, это скоро будетъ.
Біаншонъ принялъ это за шутку, а между-тѣмъ это была печальная истина. Евгеній, который, послѣ долгаго времени, снова пришелъ обѣдать за общій столъ, былъ очень задумчивъ. Вмѣсто того, чтобы, по обыкновенію своему, за десертомъ встать, онъ остался въ столовой, сидѣлъ подлѣ дѣвицы Тальферъ, и по временамъ бросалъ на нее выразительные взгляды. Нѣкоторые изъ жильцовъ сидѣли еще за столомъ и ѣли орѣхи; другіе ходили по комнатѣ и разговаривали. Они расходились одинъ за другимъ. Зимою рѣдко случалось, чтобы столовая очистилась прежде восьми часовъ вечера; и тогда-то четыре женщины вознаграждали себя за молчаніе, которое почти всегда хранили въ этомъ мужскомъ собраніи. Пораженный задумчивостію Евгенія Вотренъ показалъ, будто спѣшитъ уйдти, по остался въ столовой и наблюдалъ за нимъ такъ, что тотъ не замѣчалъ его. Онъ догадывался, что въ душѣ Ростиньяка происходитъ переломъ.
Евгеній дѣйствительно находился въ непріятномъ расположеніи духа, которое большая часть молодыхъ людей знаютъ. Любила ли его Г-жа Нюсингенъ или только кокетничала, но искусная въ женской Парижской дипломаціи, она провела его по всѣмъ ступенямъ страсти. Выказывая публично любовь къ нему, чтобы привязать къ себѣ родственника Виконтессы Босеанъ, она не рѣшалась еще даровать ему правъ, въ которыхъ всѣ ему завидовали. Въ первое время Ихъ связи, Евгспій едва не сдѣлался полнымъ властителемъ, но потомъ она мало по малу взяла верхъ надъ нимъ съ помощію различныхъ уловокъ, которыми возбуждала всѣ, и хорошія и дурныя чувствованія и наклонности трехъ или четырехъ человѣкъ, Заключающихся въ Парижскомъ молодомъ человѣкѣ. Неужели это былъ разсчетъ? Нѣтъ. Женщины всегда истинны, даже и въ самомъ коварствѣ, потому что онѣ всегда повинуются какому нибудь естественному чувству. Очень натурально, что женщина, увлекаемая страстію, передъ самымъ своимъ паденіемъ, старается испытать сердце человѣка, которому ввѣряетъ свою будущность. Всѣ надежды Г-жи Нюсингенъ были уже однажды обмануты, вѣрность ея къ молодому эгоисту презрена. Послѣ этого она имѣла полное право быть недовѣрчивою. По какимъ бы причинамъ то ни было, она шутила страстью Евгенія, и не боялась забавляться ею: она была увѣрена, что онъ любитъ ее истинно, и знала, что можетъ утѣшить и осчастливить его, какъ скоро ей вздумается. Весь Парижъ воображалъ, что онъ счастливъ съ Г-жею Нюсингенъ, а дѣла его ни сколько не подвинулись съ тѣлъ поръ, какъ онъ видѣлъ ее во второй разъ. Не зная еще, что иногда наслажденія, доставляемыя любовію женщины, не такъ пріятны какъ удовольствія, производимыя ея кокетствомъ, онъ предавался иногда глупому бѣшенству. Иногда, оставаясь безъ денегъ, онъ, вопреки своей совѣсти, помышлялъ о предложеніи Вотрена и о возможности обогатиться посредствомъ брака съ дѣвицею Тальферъ. Въ этотъ день, голосъ нищеты заговорилъ въ немъ такъ громко, что онъ почти невольно поддался хитростямъ ужаснаго сфинкса, котораго взгляды наводили на него обаяніе.
Когда Поаре и дѣвица Мишоно ушли, Растиньякъ думая, что кромѣ ихъ двоихъ остаются въ комнатѣ только Г-жа Воке и Г-жа Кутюрь, которая, дремля у камина, вязала себѣ шерстяныя рукава, поглядѣлъ на Викторину такъ нѣжно, что она потупила глаза.
-- Вы что-то печальны, Г. Растиньякъ, сказала Викторина.