-- Какъ вамъ угодно, другъ мои. Ребячьтесь, сколько есть силы. Я, право, считалъ васъ рѣшительнѣе. Я не стану убѣждать васъ. Однако-жъ еще слово.
Онъ пристально посмотрѣлъ на Евгенія.
-- У васъ въ рукахъ моя тайна, сказалъ онъ.
-- Тотъ, кто отказывается отъ подобнаго предложенія, легко и забудетъ его.
-- Хорошо! Другой не былъ-бы такъ совѣстливъ. Помните, что я говорилъ вамъ. Я вамъ даю двѣ недѣли на размышленіе, а тамъ какъ хотите, принимайте, или отказывайтесь.
-- Что за мѣдный лобъ у этого человѣка! подумалъ Растиньякъ, видя, что Вотренъ преспокойно уходитъ съ палкою подъ мышкою. Но онъ мнѣ прямо сказалъ тоже самое, что Г-жа Босеанъ говорила съ околичностями. Онъ раздиралъ мнѣ сердце стальными когтями, и объяснялъ цѣль, для которой я хочу ѣхать къ Г-жѣ Нюсингенъ. Этотъ разбойникъ, двумя словами сказалъ мнѣ о жизни болѣе, чѣмъ сколько узналъ я отъ людей, и иЗъ книгъ. Добиваться богатства или величія, значитъ рѣшиться лгать, сгибаться, ползать, выпрямляться, льстить, притворяться; значитъ сдѣлаться слугою тѣхъ, которые лгали, сгибались, ползали; потому, что надобно быть ихъ слугою, если хочешь сдѣлаться со временамъ ихъ товарищемъ. Такъ нѣтъ же, не будетъ этого! Я хочу работать, трудиться честно, благородно; буду работать день и ночь, и своими трудами пріобрѣту себѣ состояніе. Конечно, такимъ образомъ наживешся не скоро, но по-крайнѣй-мѣрѣ спишь спокойно, и ни какія тягостныя мысли не будутъ по ночамъ тревожить. Что можетъ быть пріятнѣе, какъ взглянувъ на прошедшую свою жизнь, увидѣть, что она чиста какъ лилія! Покамѣстъ мы съ жизнію -- новобрачные... Вотренъ, однакожъ, показалъ мнѣ, что бываетъ черезъ дѣсять лѣтъ послѣ брака! Чортъ возьми, у меня голова кружиться! Не стану ни объ чемъ думать. Сердце лучшій путеводитель, чѣмъ разумъ.
Евгеній былъ выведенъ изъ своихъ размышленій голосомъ толстой Сильвіи, которая кричала, что портной пришелъ. Онъ пошелъ къ нему на встрѣчу, и былъ очень радъ.
Примѣривъ свое вечернее платье, Растиньякъ надѣлъ утренній костюмъ, въ которомъ онъ казался совсѣмъ другимъ человѣкомъ.
-- Право, я стою Г. Траля! Насилу-то я сдѣлался настоящимъ дворяниномъ!
-- Вы меня спрашивали, Г. Расттіьякъ, гдѣ бываетъ Г-жа Нюсингенъ? сказалъ Горіо, входя въ иro комнату.