Лили произнесла эти слова с дикой страстностью в голосе, с ненавистью во взгляде, с выражением крайнего отвращения к Татту. Это взбесило Татта.
-- Девчонка! -- крикнул он. -- Скоро я выздоровею, и ты поплатишься за каждое слово, которое сейчас произнесла. Воронье Перо не встанет между мной и тобой. Ты моя... моя, пока я этого хочу. Никакой дьявол из ада не будет так наслаждаться своей властью, как я, и никто не будет пользоваться ей с такой безжалостностью, как я. Когда-то я любил тебя -- теперь я тебя ненавижу. Но я владею тобой, твоим телом и твоей душой. Я буду играть с тобой, как пантера играет с оленёнком, и кончина твоя будет печальна. Выгоните этого бледнолицего пса под дождь и охраняйте его, но место скво рядом со мной!
Вождь согласно кивнул, и индейцы увели Фрэнка Старка, а бедную Лили со связанными руками и ногами усадили рядом с Таттом и Маккэндлесом.
Проливной дождь и холодный ветер возвещали, что гроза до сих бушует, но бедная Лили не обращала внимания ни на неё, ни на что другое. Наконец, из её глаз хлынули слёзы, а с губ сорвалась молитва.
Глава 20. "Билл, нам нужны лошади"
Буффало Билл со своим отрядом, который увеличился до пятидесяти человек, пересёк границу Миссури и четыре дня шёл по следам Элфа Коуи. И вот он снова оказался в Канзасе, на тропе, которая вела в Скалистые горы, в часть, известную как Чёрные холмы.
Его отряд был немногочислен. Но сердца его людей были полны ненавистью к врагам, которые сожгли их дома, оскорбили и убили их друзей и родственников. Сила такого войска никогда не измеряется численностью.
Люди, которые сражаются ради мести или справедливости, вооружённые правдой, в тысячу раз сильнее, чем те, кто погрязли в злодеяниях и не имеют за спиной ничего, кроме злодеяний.
У отряда, скакавшего по травянистым равнинам, не было пёстрой формы, блестящего оружия и ярких флагов. Нет, эти люди скакали вперёд в простой, запылённой одежде, с оружием для боя, а не для парада, с суровыми лицами и фигурами, которые выказывали пренебрежение к усталости. Они решили или умереть, или стереть с лица земли негодяев и спасти пленников, обречённых на судьбу, которая хуже смерти.
Буффало Билл ехал впереди. Он сидел в седле прямо и смотрел вперёд ясными, сильными глазами, и так же смотрел его дикий жеребец Пудреное Личико. Дикий Билл скакал то рядом, то в отдалении. Он шутил, жестикулировал, иногда выезжал вперёд, иногда оставался в тылу. Чёрная Нелл была столь же игрива, хотя ни он, ни она не отдыхали больше четырёх часов в сутки.