Капитан испуганно вытаращил глаза, под которыми уже наливались синяки. Даже боксёра прямым ударом не произвёл бы такого воздействия, как негодующая от ярости Китти.
-- Серебряный Голос был ударен в лагере Ма-но-ти. Скво, которая это сделала, должна умереть. Но друг Серебряного Голоса задержал воина, которому Ма-но-ти приказала отомстить за удар.
Элф Коуи слышал слова Ма-но-ти, но не видел её, поскольку временно лишился зрения.
-- Ей не нужно умирать. Смерть -- для мужчины, -- сказал он. -- Её ждёт судьба, которая хуже смерти. Тот, кого ты называешь Серебряным Голосом, ничего не забывает и ничего не прощает. Пусть Ма-но-ти не беспокоится, что меня оскорбили в её лагере, поскольку в этом нет вины её людей. Хьюберт, отведите меня в хижину, приложите к моим глазам немного сырого мяса, и зрение скоро вернётся. Вашу девчонку нужно укротить. Если у вас не получится, за это возьмусь я.
-- Я бы советовал вам держать свои руки подальше от неё, -- спокойно сказал Хьюберт, когда он вёл Коуи в хижину и укладывал его на кучу бизоньих шкур. -- Она дерётся лучше любого мужчины. Два удара свалили вас на землю. Если бы я стоял не в десяти футах, а в трёх родах[8], то она всыпала бы и мне, и я не смог бы её остановить.
-- Что ж, она за это заплатит. Идите и осмотрите лагерь. Ставить часовых нет необходимости. Достаточно того поста в конце каньона, через который мы проехали. Пусть люди едят, пьют и отдыхают. Мы останемся здесь на несколько недель. Я собираюсь отдыхать и наслаждаться медовым месяцем, и вы займитесь тем же самым.
-- Думаете, нас не выслеживают? Мы натворили в городке достаточно, чтобы поднялась вся граница.
-- Пусть выслеживают. Мы в самом сердце Скалистых гор. Перевалы, через которые мы прошли, известны немногим лучшим скаутам равнин, и с двумя десятками мы продержимся в них против тысячи. Наши индейские союзники настороже. Ни один враг не приблизится незамеченным. Не забивайте свою голову, Хьюберт. Здесь мы в безопасности, и здесь я буду кутить, как никогда раньше не кутил. Это великолепное местечко, гнёздышко среди вечных холмов и глубоких ущелий. Как приятно слышать рёв диких вод, которые мчатся по диким лощинам и срываются с огромных скал. Под эту музыку и под нежные голоса прекрасных женщин, которых мы скоро укротим и заставим повиноваться, мы будем радоваться жизни. Мы свободны, мы -- повелители лесов, равнин, холмов и рек. Где ваша фляжка, Хьюберт? Мне жарко, я хочу пить.
-- Капитан, холодная вода из реки сейчас будет вам полезнее, чем глоток из моей фляжки.
-- Чёрт возьми, вы думаете, мне нужна вода? Нет, дайте мне что-нибудь покрепче. Я хочу охладить тот огонь, который бежит по моим венам, когда я думаю о будущем. Я буду пить воду тогда, когда больше ничего не останется.