-- Милая моя -- сказалъ Лиловъ вышедшей пожилой женщинѣ изъ калитки, по виду и одеждѣ которой онъ полагалъ видѣть въ ней прислужницу Француженки -- скажи, почему госпожа твоя не позволяетъ мнѣ нѣсколько времени отдохнуть въ своемъ домѣ? Я усталъ отъ дороги и желалъ бы до въѣзда въ городъ переодѣвшись явиться къ Начальнику.
"Такъ вы, сударь, не изъ знакомыхъ этой негодной Француженки. Слава Ногу! милости просимъ къ нашему хозяину. Онъ Русскій купецъ, по имени Владиміръ Ивановичъ Хлѣбосоловъ, предобродушный человѣкъ. Онъ обрадуется, увидя пріѣзжаго одноземца; теперь онъ дома, пожалуйте, батюшка, пожалуйте."
И радушная, незнающая большаго свѣта Русачка, въ простомъ сарафанѣ съ бѣлыми рукавами, и румяными щеками, съ неизъяснимою радостію, Написанною на лицѣ, бросилась отворять ворота, будучи увѣрена, что посѣщеніе одноземца обрадуетъ хозяина ея.
-- Покорно прошу -- сказалъ Хлѣбосоловъ,-- къ вашимъ услугамъ... ради видѣть дорогаго гостя. Пожалуй-ка, милостивецъ, садись, да прошу по нашему, поруски, не церемониться.--
Лиловъ, отдавъ должное почтеніе хозяйкѣ дома и попросивъ извиненіе у Хлѣбосолова, что обезпокоилъ его нечаяннымъ своимъ посѣщеніемъ, посидѣлъ, отдохнулъ и пошелъ переодѣваться.
Ѣхавъ по цѣпи Кавказскихъ горъ верхомъ, Лиловъ, сберегая сшитое платье Для службы до мѣста назначенія, прибылъ въ домъ купца Хлѣбосолова въ затасканномъ, испачканномъ грязью и покрытомъ прилипнувшею пылью сертучкѣ, по каковой причинѣ и не приняла его Парижанка, да и жена купца на привѣтствіе молодаго человѣка въ засаленномъ сертукѣ кивнула ему головою, даже не удостоивъ и взглядомъ.
-- Что это, Владиміръ Ивановичъ -- сказала Хлѣбосолова мужу, когда вышелъ Лиловъ,-- ты принимаешь къ себѣ всякой сбродъ! Кто его знаетъ, какой онъ человѣкъ!--
"Онъ Русскій, матушка! въ жилахъ нашихъ течетъ одна кровь, такъ кто бы ни былъ онъ: баринъ, или холопъ, все-таки одинаковый для меня гость! "
-- Да -- прибавила жена -- вотъ у тебя есть еще и гостья, Нѣмка ли, Француженка ли, не упомню. Ну скажи, за чѣмъ ты держишь въ домѣ такую -- прости Господи меня грѣшную, такую скверную женщину; вѣть мнѣ стыдно своихъ бабъ "-- и то все мнѣ по глазамъ: какъ - де не грѣхъ хозяину держать въ домѣ такую... и сказать-то языкъ не ворочается,--
"Я взялъ за три мѣсяца впередъ деньги, такъ что же прикажешь дѣлать? надобно дожидаться срока, а тамъ и Богъ съ ней. Я уже не разъ намекалъ ей, что возвращу деньги назадъ, такъ нѣтъ -- ни за что не соглашается."