-- И ты хотѣлъ сдѣлать изъ него такого же вора, какъ былъ самъ?-- спросилъ Полковникъ.
"Точно такъ, Ваше Высокоблагородіе" отвѣчалъ Бурлиловъ вытянувшись: "я даже надѣялся, что Его Сіятельство въ плутовскихъ дѣлахъ будетъ выше меня, потому что маленькимъ еще былъ смѣтливъ; но воля Творца неисповѣдима; я раскаиваюсь и сознаюсь въ своемъ грѣхѣ. Простить и предать суду состоитъ во власти Вашего Высокоблагородія, только объ одномъ прошу я извольте вѣрить, что я отъ души каюсь какъ Богу, такъ и вамъ; что съ того времени, какъ попалъ въ службу, рѣшился оставить и, если бы можно было, то и забыть мои прежнія прегрѣшенія. Ваше Высокоблагородіе вѣрно не захотите измѣнить данному слову."
-- Дуракъ! развѣ дворянинъ можетъ не сдержать слова?--
"Всяко случается, Ваше Высокоблагородіе; иной и дворянинъ обидитъ ни за-што ни-прошто подчиненнаго."
-- Я даже не смѣю съ нимъ спорить -- сказалъ Полковникъ Лилову.-- Точно -- есть люди, которыхъ можно назвать истинными дворянами и сынами отечества, а есть и...
"Въ походъ, Полковникъ!" сказалъ вошедшій его товарищъ. "Главнокамандугощій немедленно приказалъ изготовиться и намѣренъ взять приступомъ Ахалцихъ."
-- Вотъ что славно, то славно!-- воскликнулъ посѣдѣвшій въ фронтовой службѣ воинъ.-- Племянникъ! смотри же, прямо въ огонь. Не подумай, чтобы я самъ боялся; нѣтъ, мой другъ, дядя твой давно знакомъ съ пулями и порохомъ. Ступай и приготовься къ походу.--
Лиловъ, вышедъ отъ дяди, не смѣлъ вѣрить своему щастію. Сердце его, исполненное благородныхъ мыслей, отдохнуло отъ жесточайшей тягости, лежавшей слишкомъ десять лѣтъ на его душѣ. Мысль, что онъ сынъ почтеннаго человѣка, что племянникъ Полковника, уважаемаго товарищами и обожаемаго полкомъ, сильно подѣйствовала на его воображеніе. Вошедъ въ свою комнату, онъ тотчасъ же спросилъ у Бурлилова: "гдѣ же теперь твоя жена, а моя бывшая кормилица?
-- Здѣсь, Ваше Благородіе, въ Тифлисѣ, живетъ нянькой у Грузина; поплелась за мною, все говоря: Богъ соединяетъ, а человѣкъ не разлучаетъ.--
"Сей часъ же призови её ко мнѣ; ты слышалъ: походъ! "