Прошло двѣ недѣли и изувѣченнымъ стало нѣсколько лучше.
"Скажите, дядинька" спросилъ однажды молодой человѣкъ, лежа на постелѣ близь Полковника: "за что хотѣла убить васъ эта негодница Азіятка."
-- Если бы и убила, такъ за дѣло. Сдѣлавъ по мнѣ выстрѣлъ она поступила бы по праву воинскихъ и гражданскихъ законовъ.--
"Стало быть вы виноваты передъ ней въ чемъ нибудь? "
-- Да, мой другъ, столько виноватъ, что не желаю и тебѣ сдѣлать такой низкій и презрѣнный поступокъ, какой учинилъ твой дядя! Я сей часъ тебѣ все разскажу. Слушай и помни: выстрѣлившая въ меня женщина -- Грузинка, давно мнѣ знакомая съ короткой стороны и оставленная много; этого довольно чтобы не только ей, но и тебѣ, и всякому винить меня вполнѣ. Теперь я изъясню тебѣ сущность дѣла: при занятіи Россійскими войсками Грузіи я былъ Капитаномъ въ одномъ изъ полковъ, назначенныхъ притомъ къ усмиренію Горцевъ Закавказскаго края. Главная квартира наша была въ Тифлисѣ; а какъ Горцы цѣлую оуень и зиму вели себя смирно, то начальство и не разсудило заводить военныхъ дѣйствій. Свободное время я, какъ молодый еще человѣкъ, проводилъ вечера вмѣстѣ съ Офицерами, своими товарищами, на Грузинскихъ балахъ и любовался ихъ костюмами и непринужденною ласковостію Милыхъ Азіатокъ. Въ числѣ ихъ я замѣтилъ одну, тихую, скромную дѣвицу, дочь одного изъ почтенныхъ Дворянъ Грузіи; она также обратила На меня вниманіе, и влеченіе сердечныхъ Чувствъ соединило наши души. Я открылся ей въ любви,-- застѣнчивая невинность, не умѣя владѣть своими чуствами, отвѣчала мнѣ равною взаимностію, и черезъ недѣлю -- какъ громъ небесный не поразилъ меня преступнаго!-- я, давъ честное слово быть ея супругомъ, черезъ недѣлю испросивъ согласіе родителей, сдѣлавшись только женихомъ -- былъ уже въ ея объятіяхъ. Но верхъ грѣховъ моихъ передъ Господомъ! Послѣдствіе, племянникъ, слушай со вниманіемъ и отврати сердце, душу и слухъ твой отъ силы порока!--
"Дядинька! чтоже мѣшало вамъ на ней жениться? Если вы сдѣлали что неприличное Дворянину, то по моему мнѣнію можно бы было загладить: вамъ еще осталось вѣрное средство."
-- Въ томъ-то и состоитъ мое преступленіе, что я его не загладилъ; слушай далѣе: насъ обручили -- кольцо это и теперь у меня на рукѣ. Вдругъ объявленъ былъ походъ противъ Черкесовъ! Мы пошли, пришли ударили, и разбили это неугомонное племя. Но страсть, мой милый, не угомонилась во мнѣ къ невѣстѣ. При бѣгствѣ, Черкесы, жены и дѣти ихъ остались въ нашей власти; мы гнались далѣе: одинъ молодый человѣкъ началъ отставать отъ своихъ и какъ видно выбился изъ силъ. Раздраженный жестокостію Горцевъ, я подскакалъ къ молодому отставшему Горцу и ударилъ его саблею по головѣ. Молодецъ свалился съ коня какъ снопъ. Прогнавъ Горцевъ и возвращаясь назадъ тѣмъ же путемъ, я увидѣлъ того же молодаго человѣка, сидящаго на травѣ, который прислонясь къ дереву что-то вырывалъ изъ земли и прикладывалъ Къ ранѣ на головѣ, полученной отъ меня. Гнѣвъ мой уже прошелъ послѣ побѣды и жалость заступила мѣсто раздраженія. Молодый воинъ былъ чрезвычайно слабъ и потому я велѣлъ деньщику довезти его до Тифлиса на фурѣ, съ приказаніемъ строго наблюдать за юношею и при первомъ случаѣ доносить мнѣ о состояніи его болѣзни. Возвратясь съ торжествомъ въ городъ, я поспѣшилъ къ своей невѣстѣ и потомъ къ молодому Черкесу, въ которомъ невольно принималъ участіе" Вхожу въ лазаретъ и первый предметъ съ кѣмъ мнѣ нужно говоришь, былъ -- лѣкарь. Что нашъ больной? спросилъ я.-- Не больной, а больная, отвѣчалъ тотъ съ улыбкою. Не стыдно ли вамъ, Г-нъ Капитанъ, разрубить голову дѣвицѣ.-- Какъ дѣвицѣ! вскричалъ я съ изумленіемъ.-- Да такъ уже не онъ, а она разсказала мнѣ, что она дочь одного изъ Горскихъ Князей, убитаго въ сраженіи. Подите и поговорите сами съ нею. Я пошелъ -- Грузинскій языкъ знаютъ почти всѣ Горцы Закавказскаго края и я, хотя не больше мѣсяцевъ осми прогнилъ въ Тифлисѣ, но научился ихъ языку, не могу сказать совершенно, а объясняться могу. Подхожу къ больной, она протягиваетъ мнѣ руку. Когда я видѣлъ ее въ мужскомъ платьѣ, то не обращалъ вниманія на черты ея лица, но шутъ окинувъ глазами прелестное лице Черкешенки, затрепеталъ. Если ты въ жизни видѣлъ что милое, безподобное, совершенное въ красотѣ, все это было соединено въ ней! Ты думаешь молодость, пустяки -- геройство ее меня плѣнило. Какъ дѣвушка въ осьмнадцать лѣтъ умѣла сражаться какъ дватцатипятилѣтній воинъ -- я самъ это видѣлъ и дивился храбрости Горца -- я видѣлъ какъ ока бросилась... Ой! ой! ой!--
"Дядинька, не горячитесь слишкомъ."
-- Вели призвать скорѣе подлѣкаря перевязать, или лучше сказать завязать рану. Вотъ бездѣльникъ! путемъ не умѣлъ сдѣлать бинта, лопнулъ.-- Прошу покорно ввѣриться такимъ медикамъ. У нихъ одно правило: дать послѣднее средство, а завтра-де увидимъ, какое выйдетъ изъ того послѣдствіе! что же послѣдуетъ: смерть!--
Подлѣкарь прибѣжалъ: въ одну минуту унялъ кровь и перевязалъ вновь раку бинтами.