не оспоривая, что вмѣсто Гакама можно, отнюдь не грѣша противъ арабскаго языка, читать и Гекемъ, т.е. префектъ, преторъ, судья, начальникъ -- достоинства, сосредоточенныя въ титулѣ или въ званіи Мтавари, и оканчиваю вторую часть легенды слѣдующимъ показаніемъ ея --

Годъ 17 (или въ году 17), и вотъ почему:

Три арабскія буквы, соединенныя для составленія слова сэнэтъ (годъ), изображены такъ явственно и выставлены такъ умѣстно въ этой надписи, что приглашаютъ всякаго, хоть чуть безпристрастнаго оріенталиста, читать слова -- годъ и послѣ число семнадцатый, нумерацію этого года,-- со страхомъ подпасть даже упреку въ незнаніи, непростительномъ даже и нумизмату- аматеру, что употребленіе цифръ арабскихъ не восходило до такой отдаленной эпохи. Быть такъ, не спорю; но объясню притомъ, что съ того времени, какъ эта аксіома внушалась намъ въ дѣтскія наши лѣта, совершилось во всѣхъ отрасляхъ наукъ столь много открытій, невѣдомыхъ нашимъ прежнимъ классическимъ наставителямъ, что, безъ всякой обиды ревности ихъ къ распространенію и поддержанію ими изучаемаго, дозволительно воздать должное наукѣ, изслѣдованной и провѣренной, такъ сказать, отъ самаго основанія ея добро желательною любознательностію Истинныхъ распространителей просвѣщенія.-- Примѣръ:

Древняя надпись на стѣнахъ соборнаго храма въ Кутансѣ (въ Имеретіи), воздвигнутаго царемъ Багратомъ III-мъ {См. Сборникъ къ разр. II, стр. 14.}. видѣнная и списанная самымъ правдивымъ изъ иноземныхъ путешественниковъ по Грузіи (Дюбуа-де-Монпере), была неизвѣстна тогда; Нынѣ же она не подъ спудомъ. Академикъ, ревностный къ разъясненію таинственнаго доселѣ древняго быта Грузіи (М. И. Броссе), возвратилъ этой надписи -- іероглифической для большей части Европейскихъ полиглотовъ -- возможность объяснить съ точностію, что выставленныя на ней цифры указываютъ на 223-й годъ Грузинскаго Короникона, соотносительный 1003 году Отъ Р. X. и 391-му отъ гиджры. Правда, во время чтенія этой надписи въ Парижскомъ Азіатскомъ Обществѣ было замѣчено, что употребленіе арабскихъ цифръ на памятникахъ мусульманъ не восходитъ до столь отдаленной эпохи; что первая монета, на. которой были усмотрѣны арабскія цифры, принадлежитъ Ортокидскому государю; что она чеканена при Каpa Арсланѣ, царствовавшемъ въ 556--562 годахъ гиджры, т. е. въ 1161--1166 г. христіанской эры и что она носитъ на себѣ Цифры 492... Но за то одинъ изъ достопочтенныхъ членовъ этого Общества (Г. Бюрнуфъ отецъ), при разсматриваніи цифръ этой надписи {Заимствовано изъ Объясненія разныхъ надписей Грузинскихъ, Армянскихъ и Греческихъ.-- См. Mémoires de l'Académie Impériale des Sciences de Su-Pétersbourg, tome IV, livraison 4 et B, page 381, note (60), année 1839.} призналъ тотчасъ, что "по прямизнѣ формы своей {Эти цифры въ настоящемъ видѣ выставлены при надписи, на стр. 14 Сборника къ Разряду ІІ-му. } онѣ сближаются болѣе съ типомъ Индійскимъ, чѣмъ со стилемъ, употребляемымъ Аравитянами; изъ чего и слѣдуетъ, прибавилъ онъ, что цифры поступили прямо изъ Индіи въ Грузію въ ту эпоху, въ которую Аравитяне выражали свои числа прописью полнымъ числомъ буквъ и буквами, имѣющими качество изображать собою числа (или цифры)."

Монета Стефаноса также не была тогда извѣстна. Нынѣ она на виду и, поддерживая появленіемъ своимъ прозорливость достопочтеннаго ученаго, подтверждаетъ его открытіе о первоначальномъ переходъ въ Грузію цифръ индійскихъ, предупредившемъ задолго введеніе ихъ Аравитянами почерпнувшими оныя изъ одного и того же источника.

Почему жь бы Грузинамъ не воспользоваться этимъ благопріобрѣтеніемъ, польза и употребленіе котораго имъ были извѣстны, для выставленія цифрами на своихъ монетахъ времени чеканенія ихъ, когда они эти же цифры -- несмотря на то, арабскія ли онъ, языческія или мусульманскія -- внесли въ надпись храма священнаго для нихъ, въ ознаменованіе и какъ бы для передачи потомству эпохи воздвиженія этого много вѣковаго памятника, величественнаго и доселѣ въ великолѣпныхъ развалинахъ своихъ, какъ бы бесѣдующихъ съ праправнуками о степени просвѣщенія прапрадѣдовъ ихъ? И почему бы, казалось, и самимъ Арабамъ, при снятіи копіи съ монеты для нихъ иностранной, оставивъ -- при выставленіи на ней буквъ своихъ -- письмена туземцевъ, не оставить при нихъ и цифръ, заимствованныхъ и ими и Грузинами отъ одного народа? И почему, повторяю еще, эту монету, признаваемую поколи за копію, не признать и за оригиналъ, съ котораго снимались эти копіи? По крайней мѣрѣ, на ней не представляется ничего такого, чтобы могло препятствовать къ предположенію и даже признаванію ее таковою!-- Самая точность, видимая на ней, въ опредѣленіи эры чеканенія ея, оправдываетъ и предположеніе и признаніе въ ней оригинала. Стефаносъ II находился тогда въ такомъ положеніи, которое могло побудить его къ чекану подобной монеты совершенно безгрѣшно, несмотря на то, что онъ былъ ревностнымъ христіаниномъ. На ней выставленъ годъ 17-й отъ гиджры. Введеніе въ общее употребленіе этого лѣтосчисленія приписываютъ халифу Омару І-му. Этотъ побѣдитель послѣдняго царя - Сасанида въ Персіи (Іездигерда III) былъ уже въ эту эпоху полновластнымъ обладателемъ этой монархіи и государствъ, съ нею сопредѣльныхъ. Вступивъ во всѣ права самодержавія, неотъемлемо отъ него было и присвоенное царями Сасанидами Персіи право -- утверждать царей и мтаварей въ наслѣдственныхъ правахъ ихъ царствовать въ Грузіи,-- исторія этого государства указываетъ сама, что преемники халифа Омара І-го слѣдовали сему примѣру (слс. Ашотъ І-й и прочихъ утвержденныхъ на царство халифами, въ СБОРНИКЪ къ Разряду II, съ стр 8-й и далѣе). Въ слѣдствіе чего Стефаносъ II долженъ быть первый Мтавари, Гекемъ, Гакимъ, получившій это необходимое тогда утвержденіе отъ перваго властителя Персіи мусульманина. Это событіе тѣмъ болѣе достойно вѣроятія, что этому государю Грузіи не оставалось никакой надежды на пособіе единовѣрныхъ съ нимъ императоровъ Византіи, предавшихъ въ это смутное время Грузію тяжкой судьбѣ ея. Въ такихъ критическихъ обстоятельствахъ отнюдь не должно казаться страннымъ, что Стефаносъ, утвержденный въ правахъ владѣтеля отечества своего завоевателей ь его, Аравитяниномъ, чеканя монеты государства, ввѣреннаго имъ же управленію его, изобразивъ новый титулъ свой, или правя, присвоенныя этому титулу, письменами языка этого завоевателя, употребилъ и для ознаменованія вступленія на прародительскій престолъ введенное имъ же лѣтосчисленіе,-- считая себя счастливымъ еще, что сохранилъ на нумизматическихъ памятникахъ своего царствованія священный символъ христіанъ -- истинную подпору и утѣшителя страждущихъ...

Соображая всѣ сіи объясненія, мнѣ кажется, что нумизмату- аматеру довольно простительно признавать въ монетъ No IV законную собственность Стифаноса II и съ тѣмъ вмѣстѣ заключать, что этотъ нумизматическій фактъ, какъ оригиналъ или какъ принадлежность къ тѣмъ вышесказаннымъ копіямъ, которыя были чеканены по повелѣнію Омара, служитъ равномѣрно указателемъ ввода цифръ въ употребленіе гораздо преждевременнѣе опредѣляемаго доселѣ срока, также и того, что этотъ фактъ есть первый, который способствовалъ къ этому открытію. Мнѣ неизвѣстно какъ именовали тогда эти цифры -- арабскими ли или индійскими, но признаю неподверженнымъ сомнѣнію, что форма цифры 7 (V), несмотря на то, что она выказывается какъ бы нѣсколько шире въ объемѣ выставляемыхъ въ нынѣшнихъ почеркахъ Арабами, Персіянами и Турками, не измѣнила коренному началу своему, и, начертанная на монетѣ No IV, она и чрезъ двѣнадцать столѣтій достаточно указала собою, что эта монета была чеканена въ 17-въ году отъ гиджры, то-есть въ томъ 639 году отъ P. X., который историки Грузія признаютъ первымъ годомъ царствованія Стефаноса IIю Соединеніе же этихъ, можно сказать, синхроническихъ событіи воедино на монетъ, при выставленіи на ней изображенія и имени этого государя, не можетъ быть причтено къ какимъ либо случайностямъ, или просто къ игръ случая, а скорѣе должно быть принято въ напутствованіе къ возвращенію Гекем'у того, чего бъ не должно было отнимать у Мтавари.

Оканчивая эту, такъ сказать, чистосердечную исповѣдь собственныхъ думъ моихъ (по неимѣнію, какъ объяснено выше, средствъ заимствовать изъ думъ чужихъ, болѣе опытныхъ, описанія монеты, доселѣ никѣмъ неразъясненной), мнѣ остается только указать въ ней -- драгоцѣнной уже самой по себѣ, какъ краеугольный камень, на которомъ основывается) нумизматика Грузинскаго царства -- одну изъ тѣхъ твердыхъ опоръ, доставляемыхъ этою наукою для подкрѣпленія повѣствованій исторіи, нерѣдко лишенныхъ ясныхъ доказательствъ, и ознакомить съ нею какъ съ фактомъ обоюдно-полезнымъ для обѣихъ наукъ. Появленіе этого факта и достоверное, неопровергаемое указаніе принадлежности его Грузіи въ VII еще вѣкъ христіанскаго лѣтосчисленія, болѣе чѣмъ достаточны для возвращенія сему государству по крайней мѣрѣ хоть части той знаменитой древности произхожденія, которую, съ нѣкотораго времени, начинаютъ у него какъ бы оспоривать, относя начало существованія его къ XI столѣтію.

Мнѣ неизвѣстно, дошли ли до свѣдѣнія нумизматовъ изданныя нѣсколько лѣтъ тому назадъ по сему предмету доводы или разсужденія сочинителя, имя котораго не выставлено подъ сочиненіемъ его {См. Энциклопедическій Лексиконъ, Прибавленіе къ тому XV, стр. 119, статья "ГРУЗИНЫ".}, и многими ли приняты они въ руководство для изученія Грузинской исторіи; но полагаю, что, во всякомъ случаѣ, появленіе собственно Грузинскаго Факта будетъ пріятно какъ занимающимся Грузинскою исторіею и нумизматикою, такъ равно и самому сочинителю оныхъ доводовъ, какъ замѣтно, очень интересующемуся древнею Грузіею -- судя потому, что незнаніе языка ея, лишавшее его возможности изучить въ подлинникахъ исторію этого царства, ни на одинъ изъ иностранныхъ языковъ непереведенную, побудило его изыскивать другія пособія и прибѣгнуть даже къ писаніямъ Араба-географа {См. тоже сочиненіе, стр. 420. "Мы знаемъ доселѣ только одинъ подлинный документъ для исторіи Грузиновъ и Грузіи, и съ него, конечно, должна покамѣстъ начинаться достовѣрная исторія Грузинскаго народа. Этотъ документъ есть статья "Тифлисъ" въ географическомъ словарѣ ученаго Арабскаго писателя, Якута."}, чтобы хотя посредствомъ этого мусульманина, поближе ознакомиться съ древнимъ бытомъ царства христіанскаго.