Наступилъ этотъ тяжкій періодъ -- и долго тяготѣлъ мучительный гнетъ Ислама надъ вѣрными сынами Церкви Христовой, восторжествовавшими вѣрою въ Нее надъ огнепоклонниками.
Сперва Сарацины, или Аравитяне, съ мечемъ и корявомъ своего пророка, ринулись на Грузію и не однократно истязали ее. Потомъ Турки-Селджуки, ослабивъ власть намѣстниковъ Могамеда, съ воцареніемъ своихъ султановъ, терзали Грузинъ, какъ вассаловъ халифата, или какъ союзниковъ -- представителей его. Послѣ неистовые Монголы, конечные истребители халифовъ; но принявшіе въ послѣдствія тотъ же исламизмъ и покорившіе Персовъ и Селджуковъ, доведя Грузію до самаго бѣдственнаго состоянія. Они раздѣляли и противопоставили другъ другу потомковъ одного я того же царственнаго дома Багратіанъ и вмѣстили въ Грузію двухъ царей. Цѣпь горъ Лих'скихъ, отдѣляя восточную Грузію отъ западной части ея, къ несчастію указала какъ бы на естественное отдѣленіе одного доселѣ царства я народа и даже дала особенное наименованіе каждому изъ нихъ. Картлосіане, жившіе по сю-сторону горъ Лих'скихъ, стали называться Аміерни (Амеры), а жившіе по ту-сторону -- Иміерни (Имеры). Тѣ и другіе приняли особыхъ царей. Царство стало именоваться царствомъ ретинскимъ; царство Лмерое" удержало названіе царства Картамтскаго. Отъ него въ послѣдствіи отдѣлилось еще царство Кахетинское, а отъ Имеретинскаго -- Мингрелія и многія другія области, обратившіяся въ независимыя княжества.
Но и въ этотъ періодъ Георгіане, порабощенные, удрученные тяжкимъ игомъ Ислама, восторжествовавшаго и надъ Монголами, не измѣняли Православію и любви къ отечеству. Для православныхъ Георгіевъ и въ самомъ искаженіи имени его въ Гурджистанъ, теплилась таинственная искра кореннаго, священнаго для нихъ имени Георгіи, символа ихъ славы и упованія.
Возсіяла наконецъ эта искра яркимъ, неугасаемымъ свѣтомъ -- и многостраданіе Православія обрѣло достойнѣйшій вѣнецъ возмездія. Побѣдоносецъ, избравъ неизмѣннымъ престоломъ своимъ надгрудіе, великаго сердцемъ и доблестями, могущественнаго Орла Россіи, напутствовалъ единоименныхъ сыновъ своихъ и повергъ ихъ подъ благотворную сѣнь благоноснаго окрыленія его.
Періодъ насильственнаго порабощенія и угнетеній пронесся надъ глазами преклоненныхъ предъ высшею Благодатью, какъ страшное, но забытое уже ими сновидѣніе и превратился для Георгіане въ періодъ благоденствія, ликованія и даже въ новую эру возрожденія Грузіи:
Неисповѣдимый Промыслъ ознаменовалъ эту эру готовящагося возрожденія дивнымъ явленіемъ. Въ лѣто 2138-е отъ воцаренія въ Картліи перваго царя ея Фарнаваза, въ 528-мъ году четвертаго обращенія начавшагося при немъ Короникова, въ 1840-й годъ отъ воплощенія Искупителя рода человѣческаго, въ 1455-й отъ сооруженія или возстановленія Тифляса, и въ первое лѣто торжественнаго въ немъ соединенія подъ единое управленіе Картлосіанъ- Амеровъ, Картлосіанъ- Имеровь и потомковъ Гайка, Армянъ, исполинъ мірозданія, допотопный Араратъ, вѣковой, свидѣтель рожденіе сыновъ Таргамоса, непреклонный доселѣ предъ всѣми порывами грозъ и бурь, эмблема рожденныхъ при подножіи его Картлосіанъ, ставъ нынѣ свидѣтелемъ высокаго возмездія осѣнившей ихъ Благодати, преклонился предъ непотрясаемымъ исполиномъ сѣвера. Высокій повергъ себя передъ Великимъ до самой подошвы своей, колыбели Картлосіанъ!
Преклонялся на первую ступень Лѣстницы, ведущей отъ всхода солнца къ средоточію возвышеннаго сѣвера -- Престолу благости, чтобы пребыть также вѣковымъ свидѣтелемъ, но уже благоденствія усыновленныхъ чадъ могущественнѣйшей Россіи, Картлосіанъ, Иверо-Руссовъ, неизмѣнныхъ Георгіанъ, отличенныхъ священнымъ ликомъ Побѣдоносца за гербѣ царства и хоругви воиновъ его, Всемилостивѣйше дарованными Августѣйшими Монархами Россіи потомкамъ Картлоса -- Картлосі'анамъ, Иверамъ Георгі'анамъ -- Грузинамъ.
ГУРГЪ-АСЛАНЪ.
ДУМА.
Проименованіе Гургъ-асламъ, неразлучно соединенное съ именемъ царя Вахтанга I, составлено, по сказанію Грузинскихъ и Армянскихъ историковъ, изъ Персидскаго слова гургъ, волкъ и Турецкаго асланъ, левъ, для означенія соединенно наименованія волко-левъ. Поводъ къ этому соединенію словъ, для составленія одного отличительнаго проименованія, подалъ, какъ прописываютъ, шлемъ храбраго Грузинскаго царя, отличавшійся отъ прочихъ изображеніемъ на немъ волка и льва, и который гдѣ только въ пылу сраженія завидятъ, бывало, воины враждовавшихъ противъ него державъ, то, въ предупрежденіе, своихъ сотоварищей отъ встрѣчи съ страшнымъ для нихъ вождемъ-ратоборцемъ, они оглашали появленіе его громкимъ крикомъ: Дуразъ! Гургъ - асланъ! "берегитесь, волко-льва!"