Объясненіе показалось мальчику еще болѣе жуткимъ. Органъ, ревущій, какъ быкъ, но мелодичный и торжественный -- да вѣдь это чудо!
-- И изъ этого органа надѣлали оловянныхъ тарелокъ?
-- Да, оловянныхъ тарелокъ,-- подтвердилъ художникъ.
-----
Вечеромъ мальчикъ сидѣлъ съ матерью за скуднымъ ужиномъ. Почтительно смотрѣлъ онъ на исцарапанную оловянную тарелку и разсѣянно отвѣчалъ на вопросы.
-- Тебѣ тамъ давали вина?-- спросила мать.
-- Нѣтъ, ты вѣдь запретила господину Крумму.
-- Что же, было весело? Что ты дѣлалъ?
-- Игралъ. И немножко слушалъ.
-- О чемъ же говорили?