— Где люди-то? — крикнул ей парень в самое ухо.
— Иди ты.
— Книга. Смотри — книга! Сгорит ведь. Подбери.
Марья Ильинишна книги не видела, споткнулась о нее, и оба они упали.
— За шею возьмись — способнее. — Марья Ильинишна задыхалась. Больной закинул тонкую руку на ее шею, другой рукой поставил ребром книгу — толстую, тяжелую — и, опираясь на нее, оторвался от земли. Искры падали на них, жалили, как осы. А впереди еще полдвора и самое страшное — огненные развалины ворот.
— Где люди? — удивился еще раз больной.
И люди появились. Из костра на месте ворот выскочили во двор плавильщик, двое рабочих и кучер Пуд.
— А Прохор Ильич?.. — Пуд, протянувший было руки, чтобы освободить хозяйскую сестру от ее ноши, вдруг отдернул их. Марья Ильинишна мотнула головой на крыльцо. Пуд сразу повернулся и прыжками понесся к хоромам. Больного подхватили рабочие.
Через минуту они были на лужайке по другую сторону огненной стены.