Старательская масса находилась в цепких руках скупщиков и владельцев приисков. Обычный старатель был всегда гол, как сокол. Плоды его изнурительной работы попадали в карманы горной администрации, скупщиков, торговцев. Сплошная неграмотность, полное бесправие, отсутствие элементарного культурного обслуживания, — таков был удел дореволюционного старателя.
Он не жил, а только существовал. Единственным утешением была водка. Неудивительно, что на приисках в старое время в сильных размерах процветало пьянство. Кстати, это было выгодно для администрации, так как пьяного рабочего и старателя было легче надуть и обделать.
А поезжайте сейчас на прииски.
Возьмите Ис — это отдаленнейший прииск на Урале. Вы найдете здесь звуковое кино, хороший клуб, спортплощадку и другие культурные учреждения.
В глухой деревушке, где развито старательство, редко в каком доме не найдется патефона.
Дети старателей кончают средние и высшие школы, делаются инженерами, учителями и врачами.
Советский золотоискатель — полноправный работник нашей великой родины. Он живет полной жизнью, живет теми интересами, какими живет вся страна. Итало-абиссинский конфликт, киевские маневры, наши победы в воздухе — эти и другие вопросы находят свой отклик, пусть с известным опозданием, в далеки уголках, приисках и артелях золотопромышленного Урала.
Изменилось само отношение к работе.
Хищничество — эта альфа и омега золотого промысла при капитализме — теряет теперь свою почву. И дело не только в том, что против него ведется борьба административными мерами. Нет, главное не в этом. Общее продвижение страны к социализму, проводимая воспитательная работа дают свои результаты. Старатель приучается видеть в разрабатываемых недрах социалистическую собственность, вырабатывается новое, сознательное отношение к золотодобыче.
Платина во многих отношениях напоминает золото, а в россыпях и залегает часто вместе с ним. Это тяжелый металл стального цвета и блеска. Давно прошло то время, когда платину называли презрительно «лягушачьим золотом», выбрасывали в реку, стреляли ею из ружья вместо дроби — благо, тяжелая, и золотили ее, чтобы сбывать за золото доверчивым людям. Давно платина стала цениться дороже золота. Она идет на лабораторные тигельки, нужна во многие приборы, где требуется тугоплавкость и кислотоупорность.