– Динь, затвори окно и закрой шпингалет, быстра – прошептал Питер. – Так! Теперь нам с тобой придется выйти в дверь. Когда Венди прилетит, она решит, что мать ее больше не любит. И она вернется со мной обратно.
Теперь ясно, почему после победы над пиратами Питер не вернулся на остров и не поручил одной Динь сопровождать ребят. Он задумал эту проделку с окном. Вместо того чтобы устыдиться того, что он сделал, он заплясал от радости. Потом он заглянул в другую комнату, чтобы узнать, кто там играет на пианино. Он шепнул Динь:
– Погляди, это мать Венди. Она красивая женщина, но не такая красивая, как моя мама.
Конечно, он решительно ничего не помнил о своей матери, но частенько любил хвастать на ее счет.
Он не знал песни, которую она исполняла, но ему казалось, что слова этой песни „Вернись, Венди, вернись“.
„Она никогда не вернется, леди, окно заперто“, – ответил он ей мысленно. Затем Питер заглянул в комнату, чтобы определить, почему прекратилась музыка. Он увидел, что миссис Дарлинг положила руки на пианино и что две слезинки уселись у нее в глазах.
– Она хочет, чтоб я открыл окно, – сказал Питер. – Но я не отопру.
Он снова заглянул в комнату. Слезинки все еще были в глазах. А может, это были уже две другие, которые заняли место первых.
– Она очень любит Венди, – пробормотал он себе под нос. – Но я тоже ее люблю. Она не может принадлежать обоим сразу.