Он попытался развлечься, попрыгал по комнате и строил смешную рожицу. Но ее печаль проникла в него и поселилась в нем.
– Ладно, – сказал он и отпер окно. – Пошли, Динь! – крикнул он, и в голосе его слышалось глубокое презрение к законам природы. – Нам ни к чему всякие дурацкие мамы!
И он вылетел в окно.
Таким образом, Венди, и Джон, и Майкл нашли окно открытым. Это был, конечно, гораздо лучший прием, чем они на самом деле заслужили.
Но они спрыгнули с окна на пол, совершенно не испытывая угрызений совести. Оказалось, что Майкл уже очень мало что помнит.
– Джон, – сказал он, озираясь, – кажется, я здесь когда-то был.
– Дурачок! Конечно, был. Вон же твоя кровать.
– Правда, – сказал Майкл не особенно уверенно.
– Ой, а вон собачья будка! – И он кинулся к ней и заглянул внутрь.
– Может, Нэна в ней, – заметила Венди. Но Джон присвистнул: