Чернявый парень, что на гармони играл, поднялся с телеги и, с ленцой перебирая лады, в развалку подошел к дикту.
Там его укоротили.
-- Постой тилиликать-то, тут разговор сурьезный.
Парень нехотя приумолк и прислушался к разговору. Заводилой в разговоре был тот самый рыжий мужик.
-- Ето дело оставить так нельзя... -- без натуги, но громко говорил он, -- нужно к монастырю пойти.
-- Чего ты там не видал, в монастыре-то? -- спросил белесый, словно паклей обметанный, мужичонка в казинетовых, заплатанных штанах.
-- А я тебя спрашивал!... Чего ты тут гомонишь...
-- Эка гордость! -- ответил белесый и бросил в пыль огрызок от огурца. -- Нашелся тоже валет хрестовый!
Рыжебородый глянул только: ну, смотри!
-- Обсказывай дело-то! -- крикнул кто-то сбоку.