Софья Николаевна слегка нахмурилась. В глазах мелькнула тень. Без прежнего оживления она ответила:
-- Папочке некогда. Если он уедет, кто больных лечить будет. Все солдатики перемрут.
-- Дядя Володя тоже доктор, а он едет, -- возразил Федя.
-- Ай, мамочка, шмель.
Соня в ужасе закрылась ручонками. Шмель шарахнулся в сторону, но через мгновение закружился над головой Софьи Николаевны. Та перепугалась. Поставила Соню на ноги и принялась отмахиваться платком. Шмель налетал по прямой линии и сердито жужжал. Софья Николаевна, путаясь в капоте, побежала к дому.
-- Мамочка, я его убил. Куда ты? Смотри.
Федя несся за ней следом и держал за крыло убитое насекомое.
Аржанова остановилась и взялась рукой за бьющееся сердце.
-- Какая я трусиха, Федун. Хуже Сонечки. Вот отдышаться не могу. Ну пойдемте, посмотрим на ваши ягоды.
Она сорвала несколько веток смородины и, улыбаясь, смотрела на детей.