— Ну, m-lle Мари, идите же получать вашу медаль!
Действительно, мой рисунок был приколот к стене и на нем стояло: Награда. На этот раз я скорее ожидала, что гора свалится мне на голову. На этот раз это было для меня совсем неожиданно. Надо вам получше объяснить важность и значение конкурсов.
Как все конкурсы, и эти полезны; но награды не всегда зависят от дарования, способностей лица, получающего их. Бесспорно, что Бреслау, например, рисунок которой стоит пятым, во всем выше Бане, первой после медали. Бане идет piano e sano; ее работа хорошее и добросовестное ремесло; но она всегда на хорошем счету, потому что вообще работы женщин неприятно поражают слабостью и фантастичностью, когда они не представляют чего-нибудь совсем элементарного.
Моделью служил мальчик восемнадцати лет, который походит, если забыть форму и цвет, на кошачью голову, сделанную из кастрюли или на кастрюлю, в виде кошачьей головы. Бреслау делала много рисунков, за которые легко могла бы получить медаль; на этот раз ей не удалось. И еще внизу не ценят ни отделку, ни изящество, (потому что изящество не имеет ничего общего с учением оно врожденно, а отделка только дополнение к другим более серьезным качествам); а чистоту, энергию и чувства правды.
Трудности не принимаются в расчет, и они правы; так что посредственное письмо ставится ниже хорошего рисунка.
В конце-концов, что мы здесь делаем? Мы учимся, и только с этой точки зрения и оцениваются наши рисунки. Эти господа нас презирают и довольны только, когда работа сильная, даже грубая, потому что этот порок положительно редко встречается у женщин.
Эта работа мальчика, сказали обо мне. Тут есть нервы; это натура.
— Я тебе говорил, что у нас наверху есть один мальчишка, — сказал Робер-Флери Лефевру.
— Вы получили медаль, — сказал мне Жулиан, — и притом с успехом, — эти господа не колебались.
Я послала за пуншем, как это принято внизу, и мы позвали Жулиана. Меня поздравляли, так как многие воображают, что мое самолюбие удовлетворено, и что они избавятся от меня.