— Я спросила вас, кто этот господин, — сказала мама Р. — потому что он очень напоминает мне моего сына.
— Это славный юноша, — сказал Р. — он несколько passerello, но очень весел, остроумен и хорош собой.
Я в восторге, слыша это! Давно уж я не испытывала столько удовольствия, как сегодня вечером. Я скучала и была ко всему равнодушна, потому что не было никого, о ком мне думать.
— Он очень похож на моего сына, — говорит моя мать.
— Это славный юноша, — говорит Р…, — и если вы хотите, я вам представлю его, я буду очень рад.
Пятница, 18 февраля В Капитолии сегодня вечером большой парадный бал — костюмированный и маскированный. В одиннадцать часов мы туда отправляемся — я, Дина и ее мать. Я не надела домино; черное шелковое платье с длинным шлейфом, узкий корсаж, черный газовый тюник, убранный серебряными кружевами, задрапированный спереди и подобранный сзади в виде грациознейшего в мире капюшона, черная бархатная маска с черным кружевом, светлые перчатки, роза и ландыши на корсаже. Это было очаровательно. Наше прибытие производит величайший эффект.
Я очень боялась и не смела ни с кем заговорить, но все мужчины окружили нас, и я кончила тем, что взяла под руку одного из них, которого никогда и в глаза не видывала. Это очень весело, но я думаю, что большинство меня узнало. Не нужно было одеваться с таким кокетством. Ну, да все равно.
Трое русских подумали, что узнали меня, и пошли сзади нас, громко говоря по-русски в надежде, что мы как-нибудь выдадим себя. Но вместо того я собрала целый круг вокруг себя, громко говоря по-итальянски. Они ушли, говоря, что они были глупы и что я итальянка.
Входит герцог Цезаро.
— Кого ты ищешь?