— Знаю.
— Но ты, может быть, не знаешь, что я хочу его видеть.
— Возможно.
— Да. Откуда следует, что через десять или двенадцать дней я снова буду в Риме, столько же для бегов, сколько для Колизея.
— О!
— Да. Я поеду с тетей. И это будет славно; без тебя, без мамы, а с тетей! Мы будем преспокойно прогуливаться, и я буду очень веселиться.
— Хорошо, — говорит мама, — так это и будет, я тебе обещаю!
И она поцеловала меня в обе щеки.
Пятница, 28 апреля. Я заснула и видела сны ужасные, как кошмары.
В одиннадцать часов я уже легла, чтоб не видеть маслин и красноватой земли, а в час мы уже подъезжали к вокзалу Ниццы, к величайшей радости тети, которая очень волновалась, пришедши нам на встречу в сопровождении m-lle Колиньон, С. и т. д., и т. д.