-- Я не знаю!
-- П.И. Можно позвать его сюда?
-- Да, пусть войдет.
И. в Петербурге вместе с Виленским генерал-губернатором Альбединским. Он получил мою депешу из Эйдкунена в минуту отъезда; служба не позволяла ему отлучиться, и он поручил графу Муравьеву выйти ко мне навстречу. Но граф был потревожен напрасно: мы проезжали Вильну в три часа ночи, и я спала, как праведница.
Кто станет отрицать мою доброту после того, как я скажу, что я была весела сегодня вечером, чувствовала, что И. рад меня видеть? А может быть, это эгоизм?
Я радовалась только удовольствию, которое доставляла другому. Вот и кавалер, который будет служить мне в Петербурге; ведь я в Петербурге!
Я в Петербурге, но не видела еще ничего, кроме дрожек -- экипажа в одно место, с восемью рессорами (как в больших экипажах Биндера) и в одну лошадь; заметила я Казанский собор с его колоннадой, сделанной по образцу колоннады римского собора Св. Петра и множество "питейных домов".
Со всех сторон слышатся восхваления принцессы Маргариты, ее простоты и доброты. Никто не ценит простоты в обыкновенных женщинах -- не принцессах; будьте просты, и добры, и любезны -- и низкие будут позволять себе вольности, между тем как равные скажут: "славная дамочка", и во всех отношениях будут отдавать предпочтение женщинам, в которых нет ни простоты, ни доброты.
О! Если бы я была королевой! Передо мной преклонялись бы, я была бы популярной!
Итальянская принцесса, ее муж и свита еще в России; в настоящее время они в Киеве, в "матери русских городов", как назвал его Св. Владимир, приняв христианство и окрестив половину Руси в Днепре.