-- Что?
-- Разные вещи.
-- Нет, скажите: я люблю, когда говорят прямо, и намеки меня раздражают.
-- Она подумает, что ты имеешь виды... Она подумает, что ты желаешь, чтобы ее сын сделал тебе предложение.
-- Гриц М.! О, нет, папа, она этого не подумает. М.-- прекрасный молодой человек, друг детства, которого я очень люблю, но выйти за него замуж! Нет, папа, не такого мужа я желаю. Будьте покойны.
Кардинал умирает.
Ничтожный человек (я говорю о племяннике)! За обедом говорили о храбрости, и я сказала замечательно верную вещь: тот, кто боится и идет навстречу опасности, более храбрый, чем тот, кто не боится-- чем больше страх, тем больше заслуга.
Суббота, 27 августа. В первый раз в жизни я наказала кого-нибудь, именно Шоколада.
Он написал своей матери, прося у нее позволения остаться в России на более выгодном месте, чем у меня.
Эта неблагодарность огорчила меня, я позвала его, обличила его перед всеми и приказала ему стать на колени. Мальчик заплакал и не повиновался. Тогда я должна была взять его за плечи и скорее от стыда, чем от насилия, он стал на колени, пошатнув этажерку с севрским фарфором. А я, стоя среди гостиной, метала громы моего красноречия и кончила тем, что грозила отправить его во Францию в четвертом классе, вместе с быками и баранами, при посредстве консула негров.