-- Папа, Мишель! Да как же можно! Кричите же! Из чего вы созданы. Господи!
-- Вы не прощаетесь со мною?-- спросил Паша, не переменивший своего решения и весь красный. Поезд уже тронулся.
-- До свидания, Паша,-- сказала я, протягивая ему руку, которую он схватил и молча поцеловал.
Мишель играет роль ревнивого и влюбленного. Я наблюдаю за ним, когда он слишком долго на меня смотрит, потом бросает шляпу и ходит взбешенный. Я наблюдаю за ним и смеюсь.
Вот я снова в Полтаве, в этом гадком городе. Харьков более знаком мне: я провела там целый год перед отъездом в Вену. Я помню еще все улицы, все магазины, и сегодня на станции узнала даже доктора, который лечил бабушку. Я подошла к нему и говорила с ним.
Он был удивлен, увидев меня взрослою, хотя дядя Николай уже обращался ко мне при нем.
Мне хочется вернуться туда. "Ты знаешь край, где лимонные рощи цветут". Не в Ниццу, а в Италию.
Пятница, 15 сентября. Сегодня утром Поль привел ко мне маленького Степу, сына дяди Александра. В первую минуту я его не узнала. Я не обратила внимания на большее или меньшее удовольствие, которое доставило отцу присутствие одного из Бабаниных, и занялась миленьким мальчиком.
Наконец, отец поехал со мною к полтавской знати.
Прежде всего, мы были у губернаторши. Губернаторша -- светская женщина, очень любезная, что можно сказать и о губернаторе. У него было "собрание", но он вышел в гостиную и сказал отцу, что никакое собрание не может помешать ему посмотреть на такую очаровательную барышню.