Губернаторша проводила нас в переднюю, и мы отправились к другим высокопоставленным людям.
Мы были у вице-губернатора, у начальницы "института для благородных девиц", m-lle Волковысской, дочери Кочубея. Потом я взяла извозчика и отправилась к дяде Александру, который здесь в гостинице с женой и детьми.
Ах! Как хорошо быть у своих! Не боишься ни критики, ни сплетен... Может быть, семья отца кажется мне холодной и злой по сравнению с нашей, где все замечательно дружны, согласны и любят друг друга.
В разговорах о делах, о любви, о сплетнях я провела очень приятно два часа, по прошествии которых ко мне начали являться посланные от отца. Но так как я отвечала, что еще не расположена уезжать, то он приехал сам, и я промучила его еще полчаса, копалась, искала булавки, мой платок и т. д.
Наконец, мы уехали, и, когда мне показалось, что он успокоился, я сказала:
-- Мы допустили большую бестактность.
-- Какую?
-- Мы были у всех, кроме m-me M., которая знает maman и знала меня ребенком.
Последовал целый разговор, окончившийся отказом. Когда губернатор спросил меня, сколько времени я пробуду у отца, я сказала, что надеюсь увезти его с собою.
-- Ты слышала, что сказал губернатор, когда ты сказала, что собираешься увезти меня?-- спросил мой славный родитель.