Да, но у меня проезды отнимают час с четвертью.
Ну да, я теряю около трех часов. Когда я буду работать дома, я уже не буду их терять. Притом... притом, если видеться с людьми, бывать на прогулках, в театре?
Мы постараемся избежать всего этого, так как в той степени, в какой я могу всем этим пользоваться, это только скучно.
Четверг, 18 октября. Моя академия показалась Жулиану так хороша, что он сказал, что это совершенно необычайно и чудесно для начинающей. Но право же, разве это не удивительно: есть и план, и торс недурен, и действительно все очень пропорционально -- для начинающей...
Пока я краснела, все ученицы встали и подошли посмотреть мой рисунок. Боже, как я довольна!
Вечерняя академия была так плоха, что Жулиан посоветовал мне ее переделать. Желая сделать особенно хорошо, я ее испортила.
Третьего дня она была недурна.
Суббота, 20 октября. Бреслау получила много похвал от Робер-Флери, я же нет. Академия довольно хороша, но за исключением головы. Я с ужасом спрашиваю себя, когда же я буду хорошо рисовать?
Ровно пятнадцать дней, что я работаю, понятно, кроме двух воскресений. Пятнадцать дней!
Бреслау работает уже два года в мастерской, и ей двадцать лет, а мне семнадцать; но Бреслау много рисовала еще до поступления.