Мне все кажется, что я говорю о ком-то другом... Да и как убедиться в реальности этого ужасного кошмара, этой безобразной, жестокой, возмутительной вещи? Как уверить себя, что это не дурной сон, что это, возможно, останется так навсегда?
Четверг, 23 ноября. Все, что я сделала за эту неделю, так гадко, что я сама ничего не понимаю.
Воскресенье. 3 декабря. О, Боже мой! Дай мне силы делать только этюды, так как все они того мнения, что нужно сначала победить технические трудности, а затем сделаешь все, что захочешь.
Я так хорошо рассуждаю, а у самой нет силы... Когда владеешь техникой, все, что ни делаешь, хорошо или почти хорошо, тогда как у меня...
Два или три дня тому назад мы поехали в отель "Друо", где была выставка драгоценных камней, мама, тетя и Дина восхищались некоторыми, мне же ничего не нравилось, за исключением одного ряда огромных, чудесных бриллиантов. Была минута, когда мне очень хотелось иметь их, но лучше и не думать о подобном чуде. Итак, я удовольствовалась мыслью, что, может быть, когда-нибудь, выйдя замуж за миллионера, я буду в состоянии иметь серьги такой величины -- или брошку, так как камни такой величины едва ли можно носить в ушах.
Это, кажется, был первый случай, когда я оценила драгоценные камни. И, представьте, вчера вечером мне принесли эти два бриллианта; оказалось, что мои матери купили их для меня, хотя я только намекнула о своем желании, без малейшей надежды иметь их: "Вот единственные камни, которые мне хотелось бы иметь". Они стоят двадцать пять тысяч. Камни желтоватые, иначе они стоили бы втрое дороже.
Я забавлялась ими весь вечер, пока лепила, Д. играл на рояле, а Божидар и другие разговаривали. Эти два камня ночью лежали около моей постели, и я не расставалась с ними даже во время сеанса.
Ах, если бы другие вещи, которые кажутся столь же невыполнимыми, могли так же случиться.
Четверг, 14 декабря. Сегодня утром мы ездили смотреть картины, которые Бастьен привез из деревни. Он был в мастерской и подправлял края картины и кое-что в фонах. Мы встретились друзьями, он такой добродушный, такой милый.
А что, если он вовсе не таков? Но он так талантлив! Впрочем, нет, он все-таки замечательно мил. А бедный архитектор совсем стушевывается в присутствии знаменитого брата. Жюль привез несколько этюдов "Вечер в деревне".