Заставлять семинаристовъ идти по другой дорогѣ -- ненормально. Надо дѣлать такъ, чтобъ собственная ихъ дорога была по возможности удобна. Зачисленіе мѣстъ за остающимися семействами есть обычай, вредный во многихъ отношеніяхъ -- кто не знаетъ этого? Какъ окончить этотъ обычай -- для этого средствъ пока еще прибрать не умѣемъ мы. Замѣтимъ, между прочимъ, слѣдующее обстоятельство: мѣста въ большинствѣ случаевъ зачисляются за дочерьми сиротствующихъ семействъ, рѣже гораздо за сыновьями умершихъ священниковъ и дьяконовъ. Это значитъ, что дѣти мужескаго пола въ духовенствѣ, какъ и вообще во всякомъ сословіи, скорѣе могутъ собственными руками и собственною головою достать себѣ кусокъ хлѣба, чѣмъ дѣти пола женскаго. Желательно было бы, чтобъ при устройствѣ женскихъ училищъ для дѣвицъ духовнаго званія, цѣль этихъ заведеній не ограничивалась только приготовленіемъ изъ воспитанницъ хорошихъ женъ для городскихъ и сельскихъ священниковъ -- что и говорить, и эта цѣль прекрасная -- но были бы тутъ принимаемы во вниманіе и другія соображенія. Какъ не всѣ воспитанники духовныхъ семинарій чувствуютъ въ себѣ расположеніе въ духовному званію, также точно и не всѣ воспитанницы женскихъ духовныхъ училищъ питаютъ расположеніе сдѣлаться женами священниковъ и дьяконовъ. Да кромѣ того, по выходѣ ихъ изъ заведеніи, не имъ вѣдь самимъ даютъ право выбирать себѣ жениховъ, а жениховъ заставляютъ брать ихъ себѣ въ невѣсты. Значатъ, обязательное вступленіе въ бракъ, какъ для той, такъ и для другой стороны, остается во всей своей силѣ; значитъ, для того, чтобы не стѣснять ни семинариста навязываніемъ ему невѣсты, ни дѣвушку духовнаго званія назначеніемъ ей жениха, надо послѣдней давать такое воспитаніе, которое дало бы ей возможность собственною головою и собственными руками обезпечить свое существованіе. "Опять эманципація!" воскликнетъ читатель. Да, эманципація, но только въ пользу религіи. Чѣмъ больше дано будетъ средствъ дѣвушкамъ духовнаго сословія собственными силами обезпечивать свое существованіе, тѣмъ меньше будетъ въ духовенствѣ оставаться безпомощныхъ сиротъ; а чѣмъ меньше будетъ оставаться послѣднихъ, тѣмъ меньше предстоять будетъ нужды семинаристу жениться ради мѣста на указанныхъ ему невѣстахъ; а чѣмъ меньше будетъ этой нужды, тѣмъ меньше неудобствъ будетъ встрѣчать онъ при вступленіи своемъ за священническую должность -- неудобствъ, отравляющихъ иногда, при нынѣшнемъ порядкѣ вещей, цѣлую жизнь его въ самомъ ея началѣ. Силлогизмъ, кажется, вѣрный.
По вопросу о предоставленіи правъ священнкамъ, въ случаѣ вдовства ихъ, скинуть съ себя санъ священническій, не подвергаясь за то гражданскому наказанію, въ духовной литературѣ появлялось немало статей. Мы не станемъ прибавлять своихъ соображеній касательно этого предмета, а укажемъ читателю на то, какъ смотрятъ на этотъ вопросъ нѣкоторыя лица изъ самаго же духовенства -- впрочемъ, по всей вѣроятности, очень немногія. Въ 8-мъ No "Калужскихъ Епархіальныхъ Вѣдомостей" 1864 года, нѣкто г. Лужецкій представать очень много аргументацій въ пользу добровольнаго сложенія священническаго сана. Статейка г. Лужецкаго вызвала статейку "Странника", помѣщенную въ февральской книжкѣ 1864 г. сего почтеннаго журнала, наполненную очень остроумными и оригинальными соображеніями. Автору этой статейки очень не нравятся вопросъ о добровольномъ сложеніи священническаго сана; самое опредѣленіе даже 1833 года, налагающее извѣстныя наказанія на лицъ, снимающихъ съ себя священническій санъ, онъ находитъ слишкомъ ужь легкимъ и гуманнымъ. По его мнѣнію, всѣхъ этихъ лицъ слѣдовало бы предавать полной анаѳемѣ, дѣлать ихъ солдатами и ссылать въ легіоны, стоящіе на границѣ. "Церковь -- пишетъ литераторъ "Странника" -- находитъ приличнымъ возстающихъ противъ ея постановленій, или мятежниковъ укрощать внѣшнею властью". Помилуйте, развѣ вдовствующіе священники, желающіе снять съ себя санъ священническій -- какіе нибудь мятежники? "И если въ первыя времена христіанства -- продолжаетъ "Странникъ" -- она не употребляла противъ нихъ гражданскихъ мѣръ, такъ это оттого только, что гражданская сила въ то время еще находилась у враговъ церкви". Нѣтъ, и тогда изгонялись изъ городовъ, удалялись отъ почетной службы и отсылались въ легіоны, стоящіе на границѣ, но только -- какъ и изъ вашихъ словъ видно -- еретики и отступники; вдовствующіе же священники, вслѣдствіе разныхъ, очень резонныхъ и уважительныхъ причинъ, желающіе снять съ себя санъ священства, не перестаютъ быть христіанами и не проповѣдуютъ никакой ереси. "При рѣшительномъ намѣреніи -- пишетъ авторъ "Странника" -- сложить съ себя санъ, священнослужитель, особенно священникъ, и притонъ одаренный талантомъ, заслужившій высшую академическую степень, есть самое опасное лицо для прихожанъ..." Почему думаете вы? Потому, что онъ будетъ распространять между ними разные расколы и ереси?... Ошибаетесь... совершенно по другой причинѣ: "онъ можетъ -- пишемъ курсивомъ собственныя слова автора -- удобно увлечь въ брачную связь молодую вдову или дѣвушку, и ей будетъ пріятно воспользоваться тѣми преимуществами, которыя онъ будетъ имѣть на службѣ. Представьте же, что эти событія повторятся не разъ въ городѣ: какъ будутъ смотрѣть на вдовыхъ священнослужителей вообще на священнослужителей, отъ которыхъ должно болѣе ожидать пользы для церкви". И такъ, лица, одаренныя талантомъ, и особенно заслуживаютъ высшую академическую степень, помните, что вы -- лица, самыя опасныя два общества, потому что можете удобно увлечь въ брачную связь съ собою молодую вдову или дѣвицу, которымъ пріятно будетъ воспользоваться вашими служебными преимуществами!... Этимъ литературнымъ курьозомъ мы и оканчиваемъ статью свою.
И. А. Самоцвѣтовъ.
"Отечественныя Записки", т. 159, 1865