Бонзельс не отходил от него. По его задумчивому лицу бродили тени.
-- Преступление! Но кто совершил его! В каких целях?
У всех не сходило с языка это таинственное слово "Кон-и-Гут", но никто не понимал, что же, в конце концов, все это значит.
К концу дня фон Вегерт оправился настолько, что всякая опасность исчезла. Он двигался совершенно свободно, сознание прояснилось. Вместе с тем уверенность в необходимости полного молчания о происшедшем окрепла еще больше.
-- Бонзельс! -- на ухо последнему прошептал фон Вегерт. -- Пусть все молчат... Возьмите с них слово... Так надо. Не возражайте. Еще раз говорю вам: возьмите с них слово о полном молчании! И сделайте одолжение, соединитесь со "Сплендид-отелем" и спросите фон Вегерта -- я там живу...
Бонзельс пожал плечами и взял трубку.
-- Hallo! "Сплендид-отель"? Соедините меня с профессором фон Вегертом. Что? Он выбыл? Неизвестно куда? Подождите... Что еще? -- тихо спросил Бонзельс.
-- Скажите: "может быть, он отдал какие-нибудь распоряжения лакею-китайцу, который ему прислуживал?"
Бонзельс повторил вопрос в аппарат.
-- Больше не служит? Уволен?